Старый 29.05.2010, 19:44 #21
Смотрящий Смотрящий вне форума
Пенсионер
Аватар для Смотрящий
 
 
Регистрация: 28.09.2008
Сообщений: 2,445
Вес репутации: 399
Смотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможно
По умолчанию

Абдулла ибн Масуд

Цитата:
Тот, кому доставляет удовольствие читать Коран таким образом, как он был ниспослан, пусть читает его так, как это делал ибн Умм Абд
Мухаммад, Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует

Ещё юношей, не достигшим совершеннолетия, Абдулла ибн Масуд пас овец одного из вождей курайшитов Укбы ибн Муайта на безлюдных горных мекканских пастбищах.
Люди звали его ибн Умм Абдом, тогда как его настоящее имя было Абдулла, а отца звали Масуд.

* * *

До мальчика доходили от людей вести о появившемся в его народе пророке. Однако он не придавал этому никакого значения, так как, с одной стороны, был малолетним, а с другой — был чрезвычайно далёк от жизни мекканского общества того времени. Каждое утро спозаранку он гнал на пастбище овец жителей Укбы и возвращался с ними домой уже затемно.

* * *

Однажды мекканский пастух Абдулла ибн Масуд заметил, что к нему издалека приближаются двое величавых и солидных мужчин. По всему было видно, что они были сильно изнурены и испытывали жажду. Приблизившись к пастуху, мужчины поздоровались, а затем попросили:
— Послушай, парень, подои-ка нам эту козу, чтобы мы смогли утолить жажду, которая иссушила нам жилы и мучит нас.
Юноша ответил:
— Я этого не сделаю, так как эти козы и овцы не мои, и мне поручено присматривать за ними...
Эти слова не произвели на мужчин никакого впечатления, напротив, на их лицах появилось выражение удовлетворения.
Один из мужчин обратился к Абдулле:
— Покажи-ка мне молодую недойную козу.
Юноша указал на маленькую козочку рядом с собой. Обхватив козу, мужчина начал поглаживать ей вымя, повторяя над ней имя Аллаха.
Изумлённо глядя на это, Абдулла подумал про себя: “И с каких же это пор начали доиться молодые козочки?!”
Однако на его глазах вымя козы набухло, и из него обильно полилось молоко.
Подняв с земли камень с выемкой, другой мужчина подставил его под вымя, пока он не наполнился молоком. Затем они оба напились и напоили Абдуллу.
Абдулла потом рассказывал: “Я почти не верил своим глазам... Когда же мы утолили жажду, человек, которому чудесным образом удалось подоить козу, сказал:
— Сожмись!
Вымя козы начало сокращаться в объёме, пока не приобрело свой обычный вид.
Тогда я попросил удачливого мужчину:
— Научи меня тем словам, которые ты произносил.
— Ты обучен им, юноша, — ответил мужчина”.

* * *

Это событие явилось началом исламского периода в жизни Абдуллы ибн Масуда...
Дело в том, что мужчиной, подоившим козу, был не кто иной, как Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, его же спутником был правдивейший Абу Бакр.
В этот день они отправились по каменистым тропам, покинув Мекку, не выдержав притеснений и лишений, которые причиняли им курайшиты.

* * *

Юноша возлюбил Посланника Аллаха и его товарища, а затем почувствовал сильную привязанность к ним. В свою очередь Абдулла понравился Посланнику и Абу Бакру, и они высоко оценили его верность и преданность, увидев в нём много доброго.

* * *

Вскоре Абдулла ибн Масуд принял Ислам и попросил Посланника Аллаха взять его к себе на службу. Пророк взял его к себе в слуги.
С того дня бывший пастух Абдулла ибн Масуд стал избранником судьбы, поступив на службу к господину людей и народов.

* * *

Абдулла ибн Масуд стал подобно тени неотступно следовать за Посланником Аллаха. Во всех поездках он сопровождал своего Пророка, был рядом с ним дома и вне его…
Когда Посланник спал, то Абдулла будил его, когда Посланник просил его об этом, прикрывал его во время омовения, обувал его в сандалии, если Пророк собирался выйти, снимал их с него, когда Посланник Аллаха входил в дом. Абдулла носил с собой посох Пророка и его сивак , а также открывал перед ним дверь в комнату, когда Посланник желал уединиться...
В свою очередь, Посланник Аллаха позволял Абдулле в любое время входить к нему, сделал его своим доверенным лицом даже в самых секретных делах, так что люди прозвали Абдуллу хранителем тайн Пророка.

* * *

Абдулла ибн Масуд получил воспитание в доме Посланника Аллаха, стал руководствоваться его наставлениями, перенял многие черты его характера и морали, стремясь во всём подражать ему. Об Абдулле даже говорили, что он более чем кто-либо иной похож по своим убеждениям и характеру на Посланника Аллаха.

* * *

Пройдя курс обучения в школе Посланника, Абдулла стал лучшим чтецом Корана среди сподвижников Пророка, наиболее глубоко разбирающимся в его смысле, и самым знающим в области Закона Аллаха.
Лучше всего об этом свидетельствует история о человеке, который однажды подошёл к Умару ибн аль-Хаттабу, стоявшему на горе Арафат. Этот человек сказал Умару:
— О вождь правоверных, я прибыл сюда из Куфы, оставив там человека, который по памяти переписывает Коран.
Услышав это, Умар буквально чуть не лопнул от гнева и грозно воскликнул:
— Кто это, о горе тебе?!
Человек ответил:
— Это Абдулла ибн Масуд.
У Умара отлегло от сердца, и он постепенно пришёл в себя. Затем он сказал:
— Горе тебе, клянусь Аллахом, я не знаю никого другого, кто знал бы Коран лучше него, и я расскажу тебе об этом.
Далее Умар продолжал:
— Как-то вечером Посланник Аллаха был у Абу Бакра, и они обсуждали текущие дела мусульман. Я тоже присутствовал при этом. Когда Посланник Аллаха поднялся, мы последовали за ним. Тут мы увидели не знакомого нам человека, который в мечети совершал намаз. Посланник Аллаха остановился и послушал молящегося, а затем, повернувшись к нам, сказал: “Тот, кому доставляет удовольствие читать Коран таким образом, как он был ниспослан, пусть читает его так, как это делает ибн Умм Абд...” Затем Абдулла ибн Масуд начал молиться, а Посланник Аллаха приговаривал при этом: “Проси, и ты получишь... Проси, и ты получишь...”
Далее Умар продолжал:
— Я сказал сам себе: “Клянусь Аллахом, утром я приду к Абулле ибн Масуду и обрадую его тем, что Посланник Аллаха признал его намаз образцовым. Придя к нему утром, чтобы обрадовать его, я обнаружил, что Абу Бакр уже опередил меня и сообщил ему эту радостную весть... Клянусь Аллахом, всякий раз, когда я соревновался с Абу Бакром в добрых делах, он опережал меня.

* * *

Абдулла ибн Масуд настолько хорошо знал Книгу Аллаха, что даже сам говорил: “Клянусь тем, кроме Которого нет бога, что я лучше всех знаю, когда и по какому поводу был ниспослан любой аят Книги Аллаха. Если бы я знал, что существует человек, который знает это лучше меня, то пошёл бы к нему, где бы он ни находился”.

* * *

Абдулла ибн Масуд нисколько не преувеличивал в своих словах. Как-то в одной из своих поездок Умар ибн аль-Хаттаб встретил караван. Время было уже позднее и в темноте лица людей нельзя было различить.
В этом караване находился Абдулла ибн Масуд. Умар приказал одному из своих людей окликнуть караванщиков: “Откуда эти люди?” Абдулла ответил: “Из глубокого долины”.
Умар велел спросить: “Куда вы держите путь?”
Абдулла ответил: “В Старинный дом ”.
Умар сказал: “Среди них есть учёный человек”. Затем он приказал задать следующий вопрос: “Что самое великое в Коране?”
Абдулла ответил ему: “Аллах — нет божества, кроме Него, Бога Живого, Самосущего и Вседержителя. Ни дремота, ни сон не овладевают Им”.
Умар приказал своему человеку: “Спроси их, что самое мудрое в Коране?”
Абдулла ответил: “Истинно, Аллах предписывает справедливость, и повелевает делать добро другим и помогать родственникам”.
Умар сказал: “Спроси их, что самое всеобъемлющее в Коране?”
Абдулла ответил: “Кто сделал на вес пылинки добра, увидит его, и кто сделал на вес пылинки зла, увидит его”.
Умар приказал: “Спроси их, что самое устрашающее в Коране?”
Абдулла ответил: “Не будет то ни пожеланиям Вашим, ни по желаниям людей, имеющих Книгу. Всякий, кто творит зло, получит за это возмездие; и не найдёт он себе ни друга, ни помощника, помимо Аллаха”.
Умар сказал: “А что в Коране самое обнадёживающее?”
Абдулла ответил: “Скажи: “О, слуги мои, которые были невоздержанны против собственных душ! Не отчаивайтесь в милости Аллаха, ибо Аллах прощает все грехи. Истинно, Он наиболее Прощающий, Милосердный””.
Умар сказал своему человеку: “Узнай-ка, есть ли среди них Абдулла ибн Масуд?”
Караванщики ответили: “Клянемся Аллахом, да!”

* * *

Абдулла ибн Масуд был не только эрудированным, набожным и аскетичным чтецом Корана. Наряду с этим он обладал силой, решимостью, беззаветным мужеством и отвагой в самых серьёзных ситуациях.
Достаточно сказать, что после Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, был первым на Земле мусульманином, который открыто и вслух читал Коран людям.
Как-то раз сподвижники Посланника Аллаха собрались в Мекке. В то время они были слабы и малочисленны. Они сказали: “Клянёмся Аллахом, курайшиты ни разу не слышали чтение вслух этого Корана. Кто сможет почитать его им?”
Абдулла ибн Масуд воскликнул: “Я его почитаю им!”
Сподвижники Посланника сказали: “Мы очень опасаемся, что они могут причинить тебе зло. Нам хотелось бы, чтобы такого человека защищал его народ и пришёл бы ему на помощь, если курайшиты захотят причинить ему зло.
Абдулла сказал: “Позвольте мне сделать это. Аллах сохранит и защитит меня...”
На следующий день утром Абдулла пришёл на священную территорию к камню Ибрахима , где курайшиты сидели вокруг Каабы. Встав рядом с камнем, Абдулла прочитал:
“Во имя Аллаха Милостивого, Милосердного… — Его голос окреп и усилился. — … Милосердного. Он научил Корану, сотворил человека. Он научил его изъясняться…”.
Он продолжал чтение, а курайшиты слушали его. Затем они воскликнули: “Что это такое рассказывает ибн Умм Абд?! Горе ему! Он читает часть того, с чем пришёл Мухаммад...”
Они начали бить Абдуллу по лицу, но он продолжал чтение до тех пор, насколько Аллах позволил ему это. Окровавленный, Абдулла вернулся к своим товарищам. Они сказали ему: “Это именно то, чего мы боялись”.
Абдулла сказал им:
— Клянусь Аллахом, никогда раньше враги Аллаха не падали так низко в моих глазах, как это случилось сегодня. Если хотите, то я готов выйти к ним и завтра утром.
— Нет, — сказали его товарищи. — С тебя хватит. Ты читал то, что им ненавистно.

* * *

Абдулла ибн Масуд дожил до халифа Усмана. Когда он смертельно заболел, Усман пришёл навестить его. Он спросил Абдуллу:
— На что ты жалуешься?
— На свои грехи, — ответил Абдулла.
— А чего ты хочешь? — спросил Усман.
— Милости моего Владыки, — ответил Абдулла.
— Я прикажу даровать тебе то, от чего ты отказывался многие годы,— сказал Усман.
— Мне не нужно этого — сказал Абдулла.
— Но пусть это останется твоим дочерям после тебя, — предложил Усман.
— Ты боишься, что мои дочери останутся нищими? — спросил Абдулла. — Я повелел им каждую ночь читать суру “Аль-Вакиа” (“Падающее”)… Я слышал, как Посланник Аллаха говорил: “Кто каждую ночь читает “Аль-Вакиа”, того никогда не постигнет бедность или нищета”.
Когда наступила ночь, со словами поминания Аллаха и с ясными аятами Корана на устах Абдулла скончался.
ИA GURABA
__________________
Жизнь - это не те дни, которые прошли, а те, которые запомнились.
Смотрящий вне форума   Ответить с цитированием
Старый 29.05.2010, 19:54 #22
Смотрящий Смотрящий вне форума
Пенсионер
Аватар для Смотрящий
 
 
Регистрация: 28.09.2008
Сообщений: 2,445
Вес репутации: 399
Смотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможно
По умолчанию

Салман Аль-Фариси

Цитата:
Салман — наш соотечественник и сподвижник.
Мухаммад, Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует

Наш рассказ — это история человека, который постоянно стремился к истине и искал Бога...

Это история Салмана аль-Фариси, да будет доволен им Аллах!
Предоставим же слово самому Салману, с тем, чтобы он лично изложил основные события своей истории.

В этом плане именно его чувства наиболее глубоки, а личный рассказ наиболее точен и правдив...

Итак, Салман рассказывал:
“Я был юношей-персом родом из провинции Асбахан и родился в деревне, которая называлась Джайан.

Мой отец был старостой этой деревни, самым знатным и богатым человеком в ней.
Когда я появился на свет, мой отец возлюбил меня больше, чем любое другое творение Аллаха. С течением времени его любовь ко мне становилась всё сильнее и глубже, пока, в конце концов, он не закрыл меня в доме, не выпуская на улицу, подобно тому, как это делают с молодыми девушками.

Я был настолько усердным огнепоклонником, что стал хранителем священного огня, которому мы поклонялись. Мне было поручено следить за тем, чтобы этот огонь никогда не угасал, даже на короткое время, ни днем, ни ночью.
У моего отца было огромное богатое поместье, которым он управлял лично и собирал урожай.

Как-то раз какое-то дело не позволило ему отправиться в своё имение, и он сказал мне:
— Сынок, как ты видишь, дела не позволяют мне самому заниматься поместьем, поэтому отправляйся-ка ты туда сам и один день сам займись его делами.
Я немедленно выступил в путь. Через некоторое время вблизи дороги в имение, я увидел одну из христианских церквей. Проезжая мимо, я услышал голоса молящихся там людей, что привлекло моё внимание.

* * *

До этого я ничего знал ни о христианах, ни о представителях других религий, потому что отец долгое время держал меня дома взаперти вдали от людей. Услышав голоса молящихся в церкви, я вошёл в неё, чтобы посмотреть, что они там делают.

Понаблюдав за присутствующими, я понял, что их молитва мне понравилась, и я захотел принять их веру. Я сказал:

— Клянусь Аллахом, это лучше нашей религии.
Я пробыл в церкви, пока не зашло солнце, так и не добравшись до отцовского имения.
Потом я спросил этих людей:

— Где корень этой религии?

— В аш-Шаме, — ответили они.

Под покровом ночи я вернулся домой, где меня встретил отец и спросил, что я сделал. Я ответил ему:

— О отец! Я зашёл к людям, которые в это время молились в своей церкви. То, что я увидел в их религии, мне очень понравилось, и я остался у них, пока не закатилось солнце.
Отец, весьма обеспокоенный тем, что я сделал, воскликнул:

— Сынок, да нет в этой религии добра! Твоя религия и религия твоих предков гораздо лучше!
Я возразил отцу:

— А вот и нет! Клянусь Аллахом, их религия лучше нашей.
Отец испугался моих слов. Опасаясь, что я стану вероотступником, он заточил меня в доме, надев на ноги кандалы.

* * *

При первой удобной возможности я попросил передать христианам: “Если мимо вас будет проходить караван в аш-Шам, то обязательно дайте мне знать об этом”.
Совсем скоро после этого у христиан остановился караван, который держал путь в аш-Шам. Получив сообщение об этом, мне удалось избавиться от кандалов и скрытно присоединиться к каравану, который прибыл в аш-Шам. Я тут же начал расспрашивать людей:

— Кто у вас здесь самый главный в этой религии?

— Это епископ, — ответили мне. — Настоятель церкви.

Придя к епископу, я сказал:
— Я хочу обратиться в христианскую веру. Мне хотелось бы быть при тебе, служить тебе, учиться у тебя и молиться с тобой.

— Входи! — сказал епископ.

Я вошёл к нему и поступил на службу.

Однако очень скоро выяснилось, что епископ оказался плохим человеком. Он приказывал своим прихожанам делать пожертвования, суля за это награду. Часть пожертвований делалась епископу, чтобы он тратил эти средства во имя Бога. Однако он присваивал эти деньги себе, а бедные и нуждающиеся ничего не получали. Таким образом, ему удалось собрать семь больших кувшинов с золотом.
Увидев это, я сильнейшим образом возненавидел епископа. После его смерти, когда христиане собрались для похорон, я сказал им:

— Ваш пастырь был плохим человеком. Он приказывал вам делать пожертвования, обещая за это награду. А когда вы приходили с деньгами, он присваивал их себе и ничего не давал нуждающимся.

— А откуда тебе это известно? — спросили люди.

— Могу показать вам его сокровища, — ответил я.

— Да, покажи их нам — сказали люди.

Я показал им место, где епископ прятал деньги, и они извлекли из тайника семь кувшинов, наполненных золотом и серебром. Увидев это, люди воскликнули:

— Клянёмся Аллахом, мы не будем хоронить его.

Затем они распяли тело на кресте и забросали его камнями.
Вскоре после этого епископом был избран другой человек, которому я продолжал служить. Во всём мире не было более аскетичного, набожного и целеустремлённого человека, который днём и ночью поклонялся Богу. Я очень сильно полюбил его и привязался к нему, служа ему некоторое время. Когда ему пришло время умирать, я обратился к нему:

— О Ваше преосвященство, с кем Вы мне посоветуете быть после Вас?
Он ответил:

— Дело в том, сын мой, что таким же, как я, может быть только один человек, который проживает сейчас в Мосуле. Это несгибаемый и непоколебимый человек. Постарайся попасть к нему.

Когда мой хозяин умер, я поступил на службу к человеку из Мосула. Придя к нему, я рассказал свою историю, дополнив её следующими словами:

— Когда мой хозяин скончался, я по его завету пришёл к тебе. Перед своей смертью хозяин сказал мне, что ты всегда стремишься к истине, подобно ему.
Он сказал мне:

— Оставайся у меня.

Через некоторое время я убедился, что это наилучший человек. Однако довольно скоро мой новый хозяин умер. Перед смертью я спросил его:

— О хозяин, как ты видишь, пришло время выполнить повеление Бога. Ты знаешь обо мне то, что ты знаешь. Кому же ты порекомендуешь меня и к кому прикажешь поступить на службу?

Он ответил мне:
— О сын мой, клянусь Богом, я знаю только одного человека, подобного нам. Он живёт в Нассибине, и вот тебе его имя. Иди к нему.

Когда мой хозяин скончался, я поступил на службу к человеку из Нассибина. Когда я рассказал ему свою историю и то, что завещал мне прежний хозяин, он сказал мне:
— Оставайся у нас.

Через некоторое время я обнаружил, что новый хозяин такой же добрый и порядочный человек, как и его предшественники. Клянусь Аллахом, что прошло совсем немного времени, как смерть настигла моего нового хозяина. Перед самой кончиной я обратился к нему:

— Ты знаешь обо мне то, что ты знаешь. Кому ты можешь порекомендовать меня?
Он ответил мне:

— О сын мой, клянусь Богом, никто так не предан нашему делу, как один человек из Аммурии по имени такой-то. Иди служить только к нему.

Я пришёл к этому человеку и рассказал о себе. Он сказал мне:
— Живи у меня.

Клянусь Аллахом, послужив этому человеку, я убедился, что он ничуть не хуже своих товарищей. У него я заработал несколько коров и овец.

Однако через некоторое время ему, как и всем его товарищам, пришло время предстать пред Аллахом. Когда он был при смерти, я спросил его:

— Ты знаешь обо мне то, что ты знаешь. Кому ты порекомендуешь меня, и что прикажешь мне сделать?

Он ответил:
— О сын мой, клянусь Богом, я не знаю никого на Земле, кто был бы подобно нам — истинным приверженцам нашей веры... Однако наступило время появления в Аравии Пророка — проповедника религии Ибрахима. Затем он покинет свою родину и переселится туда, где среди чёрных камней и валунов растут пальмы. Этот Пророк будет обладать отличительными чертами. Он будет есть только то, что дарят ему, а из пожертвований ничего есть не станет. На спине у него будет печать пророчества. Если ты можешь отправиться в эту страну, то сделай это.

После смерти моего хозяина я жил в Аммурии до тех пор, пока туда не прибыла группа арабских купцов из племени Калб.

Я сказал им:
— Если вы возьмёте меня с собой на землю арабов, то я отдам вам своих коров и овец.
Они согласились взять меня с собой, и я отдал им свой скот. Когда мы достигли долины, лежащей между Мединой и аш-Шамом, торговцы вероломно поступили со мной, продав одному человеку из иудеев. Я начал служить ему и делал это до тех пор, пока к иудею не приехал его племянник из племени Бану Курайза. Он купил меня у хозяина и взял с собой в Йасриб.

Здесь я и увидел пальмы на каменистой вулканической местности, о которой мне рассказывал мой хозяин в Аммурии.

Медину я также узнал по его описанию, где и обосновался с новым хозяином.

В то время Пророк проповедовал среди своего народа в Мекке. Однако тогда мне ничего не было известно об этом, так как я был всецело занят тяжёлым рабским трудом.
Вскоре Посланник, да благословит его Аллах и приветствует, переселился в Йасриб. Клянусь Аллахом, как-то раз, я залез на верхушку пальмы, принадлежащей моему хозяину, и срывал финики, а мой господин сидел под пальмой внизу. В это время к нему пришёл его племянник и сказал ему:

—Да погубит Аллах племена Аус и Хазрадж. Их люди сейчас собрались на площади с человеком, который прибыл к ним сегодня из Мекки и объявил себя пророком.
Едва я услышал эти слова, как меня охватило нечто вроде лихорадки и сильнейшее возбуждение. Я даже испугался, что свалюсь на голову своего хозяина. Быстро спустившись с пальмы, я обратился к племяннику хозяина:

— Что ты сказал?! Повтори ещё раз эту новость.
Разгневавшись на такую дерзость, хозяин крепко ударил меня со словами:

— А тебе-то, какое до этого дело?! Возвращайся и занимайся своим делом!

* * *

Когда наступил вечер, я взял с собой немного собранных мной фиников и отправился к дому, где остановился Посланник.
Войдя к нему, я сказал:

— Мне сказали, что ты праведный человек, и у тебя есть нуждающиеся товарищи, которые пришли с тобой издалека. Я принёс с собой немного еды в качестве пожертвования, так как считаю вас более достойными этого, чем кто-либо другой.

Затем я пододвинул к нему финики. Он сказал своим товарищам:

— Ешьте...

Однако сам есть не стал.

Я сказал себе: “Одно предсказание сбылось!” После этого я вернулся к хозяину и стал собирать финики. Когда Посланник поселился в Медине, я вновь пришёл к нему и сказал:

— Я видел, что ты не стал есть финики, которые я принёс в качестве пожертвования. А эти финики я дарю тебе, выражая своё почитание.
Посланник поел фиников и повелел поесть своим товарищам, которые также вкусили их.
Я сказал себе: “Вот сбылось и второе предсказание”.

После этого я пришёл к Посланнику Аллаха, который находился в Бакиа (кладбище в Медине), чтобы похоронить одного из своих товарищей. Я увидел его сидящим и завёрнутым в два плаща. Поздоровавшись с ним, я постарался взглянуть на его спину, чтобы увидеть печать, о которой рассказывал мне мой старый хозяин в Аммурии.
Когда Пророк увидел, что я пытаюсь взглянуть на его спину, то сразу понял, зачем я это делаю. Он сразу же сбросил с плеч своё одеяние, и я увидел у него на спине печать пророчества.

Признав его Пророком, я со слезами склонился, чтобы поцеловать его. Посланник Аллаха воскликнул:

— Что случилось с тобой?

Я рассказал ему свою историю, которая произвела на него сильное впечатление. Он был
рад тому, что его товарищи лично услышали её от меня, которым она также очень понравилась. От моего рассказа они все пришли в сильнейший восторг”.

* * *

Да будет же ниспослан мир Салману аль-Фариси в тот день, когда он всюду начал искать истину!

Да будет же ниспослан мир Салману аль-Фариси в тот день, когда он узнал эту истину и сильнейшим образом уверовал в неё!

Да будет же ниспослан ему мир в тот день, когда он скончался, и в тот день, когда он воскрес живым!
ИA GURABA
__________________
Жизнь - это не те дни, которые прошли, а те, которые запомнились.
Смотрящий вне форума   Ответить с цитированием
Старый 29.05.2010, 19:56 #23
Смотрящий Смотрящий вне форума
Пенсионер
Аватар для Смотрящий
 
 
Регистрация: 28.09.2008
Сообщений: 2,445
Вес репутации: 399
Смотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможно
По умолчанию

Икрима ибн абу джахль
Цитата:
К вам явится верующий переселенец Икрима. Не поносите же его отца. Хула мёртвого вредит живому, но не доходит до умершего.
"Мухаммад, Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует"

Приветствую странствующего всадника.
Так Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, приветствовал Икриму

Он был на исходе третьего десятилетия своей жизни, когда пророк Милосердного огласил свой призыв к истинному пути и правому делу.
Он был самым благородным, богатым и знатным среди всех курайшитов.
По логике вещей он должен был бы заслуженно и по праву принять исламскую веру вслед за такими соплеменниками, как Саад ибн Абу Ваккас, Мусаб ибн Умайр и другими такими же представителями знатнейших родов в Мекке, если бы не его отец.
Как вы думаете, кто был его отец?
Это был величайший мекканский богатырь, верховный вождь язычников и мастер изощрённых и жестоких пыток, через которые Аллах проверял стойкость веры правоверных, и они выдержали это. Через его козни Аллах испытывал истинность вероубеждения верующих, и они подтвердили свою стойкость...
Достаточно сказать, что его отца звали Абу Джахлем…. [Это прозвище (“отец глупости”) ему дал Мухаммад, да благословит его Аллах и приветствует, а настоящее имя Абу Джахля было Амр ибн Хишам. — Ред.]
Таков был отец, а сына полностью звали Икрима ибн Абу Джахль аль-Махзуми, который был выдающимся героем среди курайшитов и самым искусным наездником среди них.

* * *

В силу руководящего положения своего отца Икрима ибн Абу Джахль был вынужден выступить против Мухаммада. Будучи злейшим врагом Посланника Аллаха, он причинял большой вред его сподвижникам и подвергал мусульман жесточайшим пыткам к величайшей радости своего отца.
Перед битвой при Бадре, где Абу Джахль командовал силами язычников, он поклялся именем ал-Лат и аль-Уззы , что вернётся в Мекку, только разгромив Мухаммада. Прибыв в Бадр, Абу Джахль устроил празднество с жертвоприношением, питьём вина и пением певиц...
Во время самой битвы сын Абу Джахля Икрима был его опорой и карающей десницей.
Однако ал-Лат и аль-Узза остались глухи к призыву Абу Джахля, поскольку были не в состоянии услышать что-либо вообще... Они совершенно не помогли ему в битве, так как и не могли этого сделать...
Абу Джахль пал на поле боя при Бадре. Его сын Икрима собственными глазами видел, как копья мусульман пронзили его тело, и он истёк кровью. Своими собственными ушами Икрима слышал предсмертный крик отца, сорвавшийся с его уст.

* * *

Оставив тело вождя курайшитов в Бадре, Икрима вернулся в Мекку. Сокрушительное поражение не позволило ему привести тело отца в Мекку, чтобы похоронить его там. Он был вынужден бежать, оставив тело отца мусульманам, которые бросили его вместе с десятками убитых язычников в засохший колодец Кулайб, где их засыпал песок.

* * *

С этого дня в отношениях Икримы с Исламом произошёл новый поворот...
Если в начале он враждовал с Исламом по наущению своего отца, то теперь он встал на путь мести.
Вместе с группой других людей, чьи отцы были убиты при Бадре, Икрима начал разжигать пламя ненависти к мусульманам и Мухаммаду в сердцах язычников. Он умело раздувал угли мести в душах курайшитов вплоть до битвы при Ухуде.

* * *

Икрима ибн Абу Джахль выступил с походом на Ухуд. Вместе с ним следовала и его жена Умм Хаким, с тем, чтобы вместе с другими женщинами, потерявшими своих мужей при Бадре, встать за рядами воинов и вдохновлять их на бой своей игрой на тамбуринах. Они должны были также находиться за курайшитской конницей, чтобы помешать ей, обратиться в бегство.

* * *

На своём правом фланге курайшиты расположили всадников под командованием Халида ибн аль-Валида. На левом фланге всадниками командовал Икрима ибн Абу Джахль. В то время это были два самых искусных кавалериста среди язычников, что и склонило чашу весов в пользу курайшитов в бою с Мухаммадом и его сторонниками. Язычники одержали крупную победу, что побудило Абу Суфьяна сказать: “Это вам за день Бадра”.

* * *

В “битве у Рва” язычники в течение долгого времени держали Медину в осаде, пока не истощилось терпение Икримы ибн Абу Джахля, которому блокада очень надоела. Выбрав место, где ров был самым узким, он повёл свою конницу на штурм. В результате этой безрассудной попытки Икриме и нескольким из его людей удалось форсировать ров, но в этой схватке погиб Амр ибн Вудд аль-Амири...
Самому же Икриме удалось спастись бегством.

* * *

В день аль-Фатха курайшиты решили, что им не по силам выступить против Мухаммада и его сподвижников. Поэтому мусульманам было позволено вступить в Мекку. Этому способствовало также и то, что Посланник Аллаха приказал своим командирам вступить только в ответные боевые действия против жителей Мекки.

* * *

Однако Икрима ибн Абу Джахль с группой своих людей выступил против единогласного решения курайшитов. Они ввязались в схватку с большим отрядом. В этом столкновении Халид ибн аль-Валид нанёс им поражение.
Некоторые из сторонников Икримы были убиты, а некоторым удалось бежать. Икрима ибн Абу Джахль был среди тех, кому удалось спастись бегством.

* * *

После этого Икрима оказался в трудном положении... Покорившись мусульманам, вся Мекка отвернулась от него. Посланник Аллаха простил тех курайшитов, которые ранее выступали против него...
Однако это прощение не распространилось на небольшую группу людей, названных поимённо. Посланник Аллаха повелел убить их, даже если они укроются за стенами Каабы.
Первым в этом списке значилось имя Икримы ибн Абу Джахля. По этой причине он скрытно покинул Мекку и направился в Йемен, так как только там надеялся найти убежище.

* * *

Тем временем жена Икримы ибн Абу Джахла Умм Хаким и жена Абу Суфьяна Хинд Бинт Утба вместе с десятью другими женщинами отправились в дом Посланника Аллаха, чтобы присягнуть на верность ему. Когда они вошли к нему, то увидели, что у него были в это время две его жены, его дочь Фатима, а также другие женщины из рода Абд аль-Мутталиба.
Одетая в паранджу, Хинд обратилась к Пророку:
— О Посланник Аллаха! Хвала Аллаху, который ниспослал для нас эту религию. Я обращаюсь к тебе, чтобы ты с добром обращался со своими родственниками. Я истинно верующая женщина.
Затем, открыв своё лицо, она сказала:
— Я Хинд Бинт Утба, о Посланник Аллаха.
— Приветствую тебя, — сказал Посланник Аллаха.
Хинд продолжила:
— Клянусь Аллахом, о Посланник Аллаха, на всей Земле не было для меня более ненавистного дома, чем твой, а сейчас нет на всей Земле для меня более любимого дома, чем твой.
— Ну, это чересчур, — сказал Посланник Аллаха.
После этого и Умм Хаким, жена Икримы ибн Абу Джахля, приняла исламскую веру и сказала:
— О Посланник Аллаха, Икрима бежал от тебя в Йемен, опасаясь, что ты убьёшь его. Смилуйся над ним и Аллах смилостивится над тобой.
Посланник Аллаха ответил ей:
— Он в безопасности.
Жена Икримы тут же отправилась за ним вместе со своим слугой-византийцем. Когда они проделали часть пути, то его слуга начал настойчиво пытаться соблазнить её. Хинд всячески увещевала и отклоняла его притязания, пока они не достигли места, населённого арабами. Когда Хинд призвала их на помощь, они связали слугу-византийца и оставили его у себя.
Женщины продолжили свой путь, пока не обнаружили Икриму на побережье Красного моря в районе Тихамы. В это время он как раз договаривался с моряком-мусульманином о перевозке.
Моряк увещевал его:
— Стань искренним, и я перевезу тебя.
— Как же мне стать искренним? — спросил Икрима.
— Скажи: “Я свидетельствую, что нет божества, кроме Аллаха, и истинно, Мухаммад — Посланник Аллаха”.
Икрима воскликнул:
—Да я же бежал именно от этого!
Когда они подобным образом пререкались между собой, к Икриме подошла Умм Хаким и сказала ему:
— О двоюродный брат, я пришла к тебе от самых лучших, самых справедливых и самых добрых людей... Я пришла от самого лучшего из них — Мухаммада ибн Абдуллы… Я попросила у него безопасности для тебя. Он гарантировал твою безопасность, и твоя душа теперь не погибнет.
— Ты говорила с ним? — спросил Икрима.
— Да, — ответила она. — Я говорила с ним, и он гарантировал твою безопасность
Умм Хаким продолжала уговаривать и увещевать Икриму, пока, наконец, он не вернулся вместе с ней.
По дороге она рассказала Икриме о поведении их слуги-византийца. Икрима заехал в это место и убил византийца, ещё не приняв исламскую веру.
Когда по пути они остановились на постой, Икрима попытался разделить супружеское ложе с женой, однако она воспротивилась этому самым категорическим образом.
— Я мусульманка, а ты язычник, — заявила Икриме жена.
Изумленный Икрима сказал:
— Очевидно, это очень серьёзно, если мешает тебе разделить со мной ложе.
Когда Икрима уже был на подходе к Мекке, Посланник Аллаха сказал своим сподвижникам:
— К вам явится верующий переселенец Икрима. Не поносите же его отца. Хула мёртвого вредит живому, но не доходит до умершего.
Вскоре Икрима с женой прибыли к месту, где восседал Посланник Аллаха. Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, с великой радостью устремился к нему, не надев даже верхней одежды. Когда Посланник Аллаха уселся на место, стоящий перед ним Икрима сказал:
— О Мухаммад, Умм Хаким сообщила мне, что ты даровал мне безопасность...
— Совершенно верно, — ответил Пророк. — Ты в безопасности.
Икрима спросил:
— К чему ты призываешь, о Мухаммад?
— Я призываю тебя засвидетельствовать, что нет божества, кроме Аллаха, а я — раб Аллаха и Его Посланник. Обещай совершать намаз, выплачивать закят...
Затем Пророк перечислил все столпы Ислама.
Икрима сказал:
— Клянусь Аллахом, всё, к чему ты призываешь, — истина. Ты повелеваешь делать только добро.
Далее он сказал:
— Ты был среди нас, и ещё до того, как обратился со своими призывами, был самым правдивым и праведным человеком...
Затем, протянув руку, Икрима сказал:
— Свидетельствую, что нет божества, кроме Аллаха и, истинно, Мухаммад — Его раб и Его Посланник.
Далее он продолжил:
— О Посланник Аллаха, научи меня самым лучшим словам, которые я должен сказать.
— Тебе следует говорить: “Свидетельствую, что нет божества, кроме Аллаха, и, истинно, Мухаммад — Его раб и Его Посланник”.
— А ещё что? — спросил Икрима.
Посланник Аллаха ответил:
— Ты должен сказать: “Да будет Аллах свидетелем, и да будут свидетелями все присутствующие, что я истинный мусульманин, мухаджир и воин на пути Аллаха”.
Икрима произнёс эти слова.
После этого Посланник Аллаха сказал ему:
— Сегодня ты можешь попросить у меня всё, что я давал кому-либо, и ты получишь это.
Икрима сказал:
— Я прошу тебя простить мне всю мою прежнюю вражду, любые действия, которые были направлены против тебя, и любые мои злые слова, сказанные мною тебе лично или же в твоё отсутствие.
Посланник Аллаха сказал:
— О Аллах! Прости же ему всю его прошлую вражду и любые действия, направленные на то, чтобы погасить Твой свет, как он хотел этого. Прости же ему все его попытки опорочить меня в моём присутствии и заочно.
Лицо Икримы осветилось радостью, и он сказал:
— Клянусь Аллахом, о Посланник Аллаха, по сравнению с тем, что я тратил против Аллаха, я многократно больше буду тратить во имя Аллаха. И если я воевал против Аллаха, то теперь я многократно больше буду воевать во имя Аллаха.

* * *

С этого дня ряды Исламского призыва пополнились отважным и доблестным воином на полях сражений, преданным слугой Аллаха, добросовестным и прилежным чтецом Книги Аллаха в мечетях. Возлагая себе на лицо свиток Корана, Икрима восклицал: “Книга моего Владыки... Слово Господа моего…”. При этом он рыдал, благоговея пред Аллахом и страшась Его.

* * *

Икрима ревностно выполнял свой обет, данный им Посланнику Аллаха. Приняв исламскую веру, Икрима принимал участие во всех сражениях мусульман. В любом походе он находился в авангарде бойцов. В битве при Ярмуке Икрима рвался в бой подобно тому, как истомлённый жаждой в жаркий день человек стремится к холодной воде.
Когда в одном из боёв мусульмане попали в критическое положение, Икрима спешился, сломал ножны своего меча и устремился в самую гущу византийцев. К нему поспешил Халид ибн аль-Валид со словами:
— Не делай этого, Икрима! Если тебя убьют, это будет тяжёлой потерей для мусульман.
Икрима ответил ему:
— Оставь меня, Халид... Ты уже давно являешься сподвижником Посланника Аллаха. А я и мой отец были злейшими врагами Пророка. Позволь же мне искупить прошлое...
Затем он сказал:
— Во многих битвах я сражался против Посланника Аллаха. И что же, я должен сегодня бежать от византийцев?! Этому никогда не бывать!
Затем он воззвал к мусульманам:
— Кто поклянётся пойти на верную смерть?
Вместе с четырьмястами мусульманами поклялись умереть дядя Икримы аль-Харис ибн Хишам и Дырар ибн аль-Азвар. Они вступили в ожесточённый бой с врагами за командный пункт Халида, и геройски отстояли его.
Когда битва при Ярмуке закончилась блестящей и убедительной победой мусульман, на поле боя лежали три израненных бойца за истинную веру: Аль-Харис ибн Хишам, Аййаш ибн Абу Рабиа и Икрима ибн Абу Джахль. Аль-Харис попросил воды, и когда ему принесли её, Икрима сказал, взглянув на аль-Хариса:
— Напоите его!
Аль-Харис воскликнул:
— Напоите Аййаша!
Когда с водой подошли к Аййашу, то обнаружили, что он уже скончался...
Когда люди вернулись к двум остальным бойцам, то увидели, что они также последовали за своим товарищем, да будет Аллах доволен ими всеми!
И да напоит Он их из райской реки аль-Каусар, чтобы они уже никогда не испытывали жажды...
И да поместит Он их в райские вечнозелёные кущи навсегда...
ИA GURABA
__________________
Жизнь - это не те дни, которые прошли, а те, которые запомнились.
Смотрящий вне форума   Ответить с цитированием
Старый 29.05.2010, 19:57 #24
Смотрящий Смотрящий вне форума
Пенсионер
Аватар для Смотрящий
 
 
Регистрация: 28.09.2008
Сообщений: 2,445
Вес репутации: 399
Смотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможно
По умолчанию

Зайд Аль-хайр
Цитата:
Истинно, в тебе есть два качества любезных Аллаху и Его Посланнику: выдержка и благоразумие.
Мухаммад, Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует

Люди подобны металлам: лучшие из них в джахилийи (невежестве) являются лучшими в Исламе.
Вот вам, к примеру, два образа одного из известнейших сподвижников Посланника Аллаха. Один образ сформировался в период джахилийи, а другой — во времена Ислама.
В доисламскую эпоху люди называли этого сподвижника Зайд аль-Хайль, а после того, как он принял исламскую веру, Посланник Аллаха стал называть его Зайд аль-Хайр.
О первоначальном образе этого человека рассказывается во многих книгах.
Аш-Шайбани, например, приводит рассказ одного шейха из племени Бану Амир:
“Как-то у нас выдался необычайно засушливый год, когда погибли все злаки и травы. Один человек из нашего рода отправился вместе со своими детьми в город аль-Хира, который находился в Ираке, между Надждом и Куфой. Добравшись до этого города, человек оставил там своё семейство, сказав им:
— Ждите меня здесь, пока я не вернусь к вам.
Затем этот человек поклялся, что либо раздобудет денег для детей, либо умрёт.
Захватив с собой немного пищи, человек держал свой путь, пока не наступила ночь. Перед собой он увидел палатку, рядом с которой находился стреноженный жеребёнок. Человек сказал: “Вот и первая добыча”. Подойдя к жеребёнку, он начал распутывать верёвки, намереваясь отправиться дальше на нём верхом. Однако тут раздался голос, обращённый к нему: “Оставь в покое жеребёнка и добывай себе добычу сам”. Человек оставил жеребёнка и отправился дальше.
Он продолжал свой путь в течение семи дней, пока не набрёл на загон для верблюдов, рядом с которым находилась огромная палатка с кожаным верхом, что являлось свидетельством достатка и благополучия. Человек сказал себе:
— Непременно в этом загоне должны быть верблюды, а в палатке — её обитатели.
Заглянув в палатку, — а солнце уже клонилось к закату, — человек увидел в центре её древнего старца. Незаметно для старика человек сел сзади него.
Вскоре солнце полностью закатилось, и появился огромный и могучий всадник небывалого роста на необычайно большом коне. Рядом с всадником шли два раба справа и слева от него.
Всадник вёл за собой стадо верблюдов, состоящее примерно из ста голов во главе с крупным верблюдом. Вожак стада опустился на землю, а верблюдицы расположились вокруг него.
Тут всадник приказал одному из своих рабов:
— Подои эту верблюдицу, — и он указал на упитанное животное, — и напои старика молоком.
Раб надоил полный сосуд молока, поставил его перед стариком и удалился. Старик отпил пару глотков и отставил сосуд”.
Человек рассказывал дальше:
“Потихоньку подкравшись, я взял сосуд и осушил его. Затем появился раб и, взяв сосуд, воскликнул:
— О мой повелитель! Он выпил всё молоко.
Обрадованный всадник воскликнул, указав на другую верблюдицу:
— А теперь подои её, и поставь молоко перед стариком.
Раб выполнил приказание, и старик, сделав один глоток, отставил сосуд.
Я взял его и отпил половину, чтобы не вызвать подозрений у всадника.
После этого всадник повелел второму рабу заколоть барашка. Когда это было исполнено, всадник сам пожарил на углях мясо и из собственных рук накормил старика, пока он не насытился, а затем поел сам вместе с рабами.
После этого все начали укладываться спать и вскоре уснули глубоким сном.
Подкравшись к вожаку стада, я распутал его и, вспрыгнув на него, поскакал вперёд. Всё стадо последовало за вожаком. Не останавливаясь, я был в пути всю ночь. Когда рассвело, я осмотрелся, но нигде не увидел преследователей. После этого я продолжил путь до полудня. Оглядевшись вокруг, я заметил вдали большую птицу, похожую на орла. Когда она приблизилась, я разглядел всадника на коне. Вскоре я узнал вчерашнего человека, который примчался за своими верблюдами. Тогда я стреножил верблюда-вожака, достал из колчана стрелу и положил её на лук. Сам же я встал впереди верблюда.
Остановившись в отдалении, всадник крикнул мне:
— Распутай вожака!
— Никогда! В Хире я оставил своё голодное семейство, женщин и детей, поклявшись, что вернусь к ним с деньгами или умру.
Всадник крикнул:
— Можешь считать себя мёртвым! Распутай вожака, ты, безотцовщина!
— Этого никогда не будет! — ответил я.
— Горе тебе! — крикнул всадник. — Несчастный выскочка!
Затем он сказал:
— Повесь-ка верблюжью верёвку! В какой узел ты хочешь, чтобы попала моя стрела?
На верёвке было три узла, и я показал ему средний узел, и выпущенная стрела вонзилась прямо в него, как будто он воткнул её туда собственной рукой. Затем он также точно попал во второй и третий узлы. После этого я положил свою стрелу обратно в колчан и приготовился сдаться. Подойдя ко мне, всадник отобрал у меня меч и лук, а затем приказал:
— Садись сзади меня!
Когда я сел сзади него, он спросил меня:
— Как ты полагаешь, что я сделаю с тобой?
— У меня самые дурные предчувствия, — ответил я.
— Отчего же?! — спросил всадник.
— Я же совершил зло в отношении тебя и нанёс тебе ущерб. Но Аллах даровал тебе победу надо мной.
Он спросил:
— Неужели ты полагаешь, что я причиню тебе зло после того, как ты пил и ел в компании с моим отцом Мухалхалом прошлой ночью?!
Услышав имя Мухалхала, я спросил:
— Так ты Зайд аль-Хайль?
— Да, — ответил всадник.
— Будь же моим добрым пленителем! — воскликнул я.
— Тебе не грозит ничего дурного, — ответил он и поскакал со мной к себе на стоянку. По дороге он сказал:
— Клянусь Аллахом, если бы эти верблюды были мои, то я отдал бы их тебе. Но дело в том, что они принадлежат одной из моих сестёр. Поживи некоторое время у нас. Скоро мне предстоит поход, где я получу богатую добычу.
Буквально через три дня он совершил поход против Бану Нумайр и захватил около ста верблюдиц, которых подарил мне. Потом он даже послал со мной своих людей для охраны во время пути в аль-Хиру.

* * *

Таков был образ Зайда аль-Хайля во времена джахилийи. О его же образе в исламскую эпоху также рассказывают многие книги.
В них говорится:
“Когда вести о Пророке достигли слуха Зайда аль-Хайля, он внимательно ознакомился с некоторыми призывами из того, к чему призывал Посланник. После этого он собрался в путь, пригласив с собой в Йасриб главных вождей своего племени, чтобы там лично встретиться с Пророком. Вместе с Зайдом отправилась большая делегация, в состав которой входили Зурр ибн Садус, Малик ибн Джубайр, Амир ибн Джувайн и многие другие старейшины. Прибыв в Медину, они направились в мечеть Пророка, где привязали своих скакунов.
Случайно получилось так, что когда они вошли в мечеть, Посланник Аллаха читал свою проповедь мусульманам с минбара. Их потрясли слова Пророка, поразила привязанность мусульман к нему и их глубокое внимание к тому, что он говорил.
Заметив их, Посланник сказал, обращаясь к мусульманам: “Я для вас лучше, чем аль-Узза и всё то, чему вы поклоняетесь... Я для вас лучше, чем чёрный верблюд, которого вы обожествляете вместо Аллаха”.

* * *

Речь Посланника Аллаха произвела на Зайда аль-Хайля и его спутников разное впечатление. Некоторые ответили на зов истины и приняли её. Некоторые же отказались принять её и проявили заносчивость.
Таким образом, часть людей должна была попасть в Рай, а часть — в Ад.
Что касается Зурра ибн Садуса, то стоило ему услышать блестящую речь Пророка, да благословит его Аллах и приветствует, заставившую учащённо биться сердца верующих и приковавшие их внимание, как в его сердце проникла зависть, и страх обуял его. Он сказал тем, кто был рядом с ним:
— Поистине, я вижу человека, покорившего арабов, но, клянусь Аллахом, ему не удастся покорить меня.
Затем он отправился в аш-Шам, где обрил голову и принял христианскую веру.
С Зайдом и другими дело обстояло иначе: едва Посланник Аллаха закончил свою проповедь, как Зайд аль-Хайль встал среди мусульман, а он был самым могучим, представительным и высоким человеком; даже когда он садился на коня, его ноги доставали до земли, как будто это был не конь, а ишак... Так вот, встав среди людей во весь свой богатырский рост, он произнёс своим зычным голосом: “О Мухаммад, я свидетельствую, что нет божества, кроме Аллаха, и что ты — Посланник Аллаха”. Подойдя к нему, Посланник Аллаха спросил:
— Кто ты?
— Я Зайд аль-Хайль, сын Мухалхала, — ответил Зайд.
Посланник Аллаха сказал ему:
— Ты Зайд аль-Хайр, а не Зайд аль-Хайль . Хвала Аллаху, Который прислал тебя с твоих равнин и гор, раскрыв твоё сердце перед Исламом.
С того времени все стали звать Зайда Зайдом аль-Хайром...
После этого Посланник Аллаха привёл Зайда к себе домой. Вместе с Пророком был Умар ибн аль-Хаттаб и группа близких сподвижников. Когда они вошли в дом, Посланник Аллаха предложил подушку Зайду. Однако он счёл недостойным сидеть на подушке в присутствии Пророка, и он отодвинул её. Посланник Аллаха трижды предлагал Зайду подушку, но тот всякий раз отказывался.
Когда собрание началось, Посланник Аллаха сказал Зайду аль-Хайру:
— О Зайд, ты единственный человек, про которого мне говорили до встречи тобой, и это описание полностью совпадает с тем, что есть на самом деле.
Далее он продолжил:
— О Зайд, истинно, в тебе есть два качества, любезных Аллаху и Его Посланнику.
Зайд спросил:
— Какие же это качества, о Посланник Аллаха?
— Выдержка и доброта, — ответил Пророк.
Зайд воскликнул:
— Хвала Аллаху, Который сделал меня угодным Ему и Его Посланнику!
Обратившись к Пророку, он сказал:
— Дай мне, о Посланник Аллаха, триста всадников, и я обещаю тебе совершить успешный поход против византийцев и крепко наказать их.
Посланник Аллаха ещё больше укрепил его энтузиазм, когда сказал:
—Ты хороший человек, Зайд! Ты настоящий мужчина!
Вместе с Зайдом Ислам приняли все его соплеменники, которые были с ним.
Когда Зайд собрался вернуться домой со своими спутниками, Пророк, провожая его в Наджд, воскликнул:
— Какой же это замечательный человек! Как же он будет важен для нас, если убережётся от лихорадки!
В то время как раз в Медине свирепствовала эпидемия лихорадки. Болезнь настигла Зайда аль-Хайра, едва он покинул Медину. Он сказал своим спутникам: “Во времени джахилийи мы совершили много глупостей, но теперь, клянусь Аллахом, я не подниму руки против мусульманина до самой встречи со Всемогущим Аллахом”.

* * *

Зайд аль-Хайр продолжал держать свой путь к своим родным в Наджд, несмотря на то, что его болезнь час от часу усиливалась. Ему очень хотелось вернуться в своё племя, чтобы Аллах ниспослал им Ислам его руками.
Он стремился опередить свою кончину, а смерть стремилась опередить его. Смерть оказалась быстрее, и Зайд скончался, будучи в пути недалеко от родины. После принятия Ислама и до самой смерти он не совершил ни одного греха.
ИА GURABA
__________________
Жизнь - это не те дни, которые прошли, а те, которые запомнились.
Смотрящий вне форума   Ответить с цитированием
Старый 29.05.2010, 20:01 #25
Смотрящий Смотрящий вне форума
Пенсионер
Аватар для Смотрящий
 
 
Регистрация: 28.09.2008
Сообщений: 2,445
Вес репутации: 399
Смотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможно
По умолчанию

Ади ибн Хатим ат-таййи

Цитата:
Ты уверовал, поскольку они были неверными; ты признал, поскольку они отреклись; ты был преданным, так как они были вероломны; ты пошёл вперёд, поскольку они отступили назад.
Умар ибн аль-Хаттаб

После периода длительной ненависти в девятом году по Хиджре Ислам принял один из арабских правителей — вождь племени аль-Гаус (из объединения племён Тай). После упорного отказа и отрицания он обратился в истинную веру и покорился, наконец, Посланнику Аллаха.
Этим правителем был Ади ибн Хатим Ат-Таи, отец которого являл собой образец щедрости.

* * *

Ади унаследовал власть после смерти своего отца, и племена Тай сделали его своим правителем. Было решено отдавать ему четверть всей добычи, и все командиры были поставлены под его руководство.
Когда благородный Посланник, да благословит его Аллах и приветствует, провозгласил свой призыв к истинному пути, и арабские племена одно за другим начали принимать Ислам, Ади увидел, что Исламский призыв Пророка в скором будущем может сокрушить его власть, и он перестанет быть правителем. Поэтому Ади, ещё не встретив Посланника, начал испытывать к нему сильнейшую вражду и величайшую ненависть.
Почти двадцать лет длилась эта его вражда к Исламу, пока, наконец, Аллах не распахнул его душу перед призывом к истинному пути.

* * *

История обращения Ади ибн Хатима в Ислам настолько примечательна и интересна, что мы дадим возможность рассказать её самому главному действующему лицу. Рассказ из первых уст всегда надёжнее и правдивей.
Ади рассказывал:
“Ни один из арабов не испытывал такой ненависти к Посланнику Аллаха, как я, когда услышал о нём. Я был знатным человеком, христианином, управлял своим народом на основе мирбаа, то есть брал себе четверть добычи, подобно тому, как это делали и другие властители в арабском мире.
Услышав о Посланнике Аллаха, я сразу возненавидел его. Когда его дело приобрело широчайшие масштабы, а сам он обрёл большую силу и его армии и отряды завоевывали земли арабов, я сказал своему слуге, который пас моих верблюдов:
— Слушай, сирота, пересчитай-ка и выбери из стада всех упитанных и послушных верблюдиц. Пусть они будут недалеко от меня. Как только ты услышишь о вступлении на нашу землю армии или одного из отрядов Мухаммада, немедленно сообщи мне об этом.
Как-то утром, придя ко мне, слуга сказал:
— О повелитель! Пришло время тебе сделать то, что ты намеревался сделать в случае вступления на твою землю конницы Мухаммада.
Я воскликнул:
— В чём дело? Отвечай немедленно, чтоб твоя мать лишилась тебя!
— Я заметил флаги среди жилищ, — ответил слуга. — Когда я спросил о них, мне сказали, что это войска Мухаммада.
Я приказал слуге:
— Немедленно приготовь верблюдиц, о которых я тебе говорил, и собери их неподалёку от меня.
Затем я тут же сказал своим родным и детям, чтобы они немедленно собирались в путь. Нам предстояло покинуть нашу родную землю. Мы быстро продвигались в сторону аш-Шама, чтобы присоединиться там к нашим единоверцам-христианам и обрести у них приют.
Поспешно собираясь в дорогу, я не позаботился о том, чтобы собрать вместе всех родственников. Когда мы преодолевали опасную территорию, я решил проверить наличие всех родственников, и выяснилось, что одну из своих сестёр я оставил на родине в Наджде вместе с оставшимися там людьми из племени Тай.
Мне не оставалось ничего другого, как продолжить свой путь, поскольку вернуться за сестрой не было никакой возможности.
Вместе со своими спутниками я, наконец, прибыл в аш-Шам и устроился там у своих единоверцев.
С моей же сестрой случилось то, чего я ожидал и чего боялся”.

* * *

Ади продолжал свой рассказ:
“Когда я был в аш-Шаме, мне сообщили, что конница Мухаммада совершила набег на наши сёла. В плен попало много моих соплеменников, в том числе и моя сестра, которых угнали в Йасриб. Там мою сестру вместе с другими пленницами поместили в специально отведённое место у входа в мечеть. Когда мимо неё проходил Пророк, она поднялась и обратилась к нему:
— О Посланник Аллаха! Мой отец умер, а защитник исчез! Освободи меня и смилостивись, тогда Аллах смилостивится над тобой.
Он спросил:
— А кто твой защитник?
— Ади ибн Хатим, — ответила она.
— Беглец от Аллаха и Его Посланника?! — воскликнул Пророк.
Затем он оставил её и проследовал своим путём.
Когда на следующее утро он проходил мимо неё, она вновь обратилась к нему с такими же словами. Посланник Аллаха ответил ей точно так же.
Отчаявшись получить ответ, моя сестра на утро третьего дня уже ничего не сказала, когда Пророк проходил мимо неё. Но один из людей из свиты Посланника сделал ей знак, чтобы она встала и обратилась к нему. Она воскликнула:
— О Посланник Аллаха, мой отец умер, а защитник исчез! Сделай же мне одолжение, и Аллах смилостивится над тобой!
— Я сделал это, — ответил Пророк.
Она воскликнула:
— Я хочу присоединиться к своим родственникам в аш-Шаме.
— Однако не спеши отправляться в путь, пока не найдёшь надёжного человека из своего народа, чтобы он сопроводил тебя в аш-Шам. Когда найдёшь попутчика, дай мне знать.
После того как Посланник Аллаха удалился, моя сестра стала спрашивать о том человеке, который сделал ей знак поговорить с Пророком. Люди сказали ей, что это Али ибн Абу Талиб.
Она продолжала оставаться в Медине, пока не прибыл караван из её племени с надёжным человеком. Моя сестра пришла к Посланнику Аллаха и сказала:
— О Посланник Аллаха! Прибыл караван из моего племени. Среди них есть надёжный человек, который проводит меня.
Посланник Аллаха одарил её одеждой и верховой верблюдицей, а также суммой денег на путевые расходы. Вместе с караваном сестра Ади выступила в путь”.
Далее Ади рассказывал:
“После этого мы регулярно получали сообщение о ней и следили за её передвижениями. То, что нам рассказали о её встречах с Мухаммадом и что он сделал доброго по отношению к ней, было почти невероятным, учитывая всё то, что я испытывал к Пророку.
Клянусь Аллахом, сидя как-то раз среди своих родных, я заметил женщину в паланкине на верблюде, которая направлялась к нам. Я воскликнул:
— Да это же дочь Хатима! Точно, это она!
Остановившись перед нами, она первая обратилась ко мне:
— Коварный разлучник! Забрав с собой близких и сына, ты оставил других детей и дочерей своего отца!
— Ну, сестрёнка! — сказал я, — говори только добрые слова.
Затем я начал её успокаивать, пока она не утихомирилась, а затем рассказала о своих приключениях. Причём всё совпадало с тем, как это доходило до нас из рассказов других. Я спросил её, — а она была решительной и разумной женщиной:
— А что ты думаешь по поводу этого человека? (я имел в виду Посланника Аллаха).
Сестра ответила мне:
— Клянусь Аллахом, я считаю, что тебе следует, поскорее присоединишься к нему. Если это Пророк, то он будет благосклонен к тем, кто придёт раньше других. Если он властитель, то ты не будешь пребывать в унижении благодаря своему положению”.

* * *

Ади продолжал:
“Собравшись в путь, я отправился в Медину к Посланнику Аллаха, не имея охранной грамоты, потому что до меня дошли слова, сказанные им: “Я очень хотел бы, чтобы Аллах соединил руку Ади с моей”.
Я пришёл к нему, когда он был в мечети и поприветствовал его.
Он спросил: “Кто этот человек?”
— Ади ибн Хатим, — представился я.
Он поднялся навстречу мне, взял меня за руку и повёл к себе домой.
Клянусь Аллахом, когда мы уже подошли к его дому, его поджидала там пожилая женщина с маленьким мальчиком. Они остановили Пророка, и женщина начала излагать ему своё дело. Он оставался с ними, пока вопрос не решился, а я в это время ждал его...
Я сказал про себя: “Нет, это не царь!”
Затем он взял меня за руку и провёл в дом. Там он взял мягкую кожаную подушку и, бросив её мне, сказал:
— Садись на неё!
Мне стало неудобно перед ним, и я возразил:
— Да нет, лучше ты садись на неё.
— Нет, ты! — возразил Пророк.
Я подчинился и уселся на подушку, а Пророк сел на пол, поскольку в доме других подушек не было.
Я сказал про себя: “Клянусь Аллахом, так царь не ведёт себя”.
Затем, повернувшись ко мне, он спросил:
—Так вот, Ади ибн Хатим, не был ли ты ракуситом, исповедуя промежуточную религию между христианством и сабианством?
—Да, был, — ответил я.
Далее он спросил:
— Не правил ли ты своим народом на основе мирбаа, взимая с них то, что не позволяла твоя религия?
— Да, я делал это, — ответил я, зная, что это Пророк, посланный Аллахом.
Затем он сказал мне:
— Быть может, Ади, тебе мешает принять эту религию нужда мусульман и их бедность? Клянусь Аллахом, уже близко время, когда у мусульман будет столько средств, что их некуда будет девать. Быть может, Ади, тебе мешает принять эту религию малочисленность мусульман и огромное число их врагов? Клянусь же Аллахом, что уже близко время, когда ты услышишь о женщине, которая на своём верблюде выедет из Кадисийи, чтобы посетить этот дом, не опасаясь никого, кроме Аллаха. Быть может, тебе мешает принять эту религию то, что богатства и власть не в руках мусульман? Но, клянусь Аллахом, уже скоро ты услышишь о белоснежных дворцах на земле Вавилона, которые распахнутся перед мусульманами, а сокровища хосроя ибн Хурмуза будут принадлежать им.
Я переспросил:
— Сокровища хосроя ибн Хурмуза?!
— Да, сокровища хосроя ибн Хурмуза, — ответил Пророк”.
Ади заключил свой рассказ:
“После этого я засвидетельствовал своё признание истинной веры и принял Ислам”
Ади ибн Хатим прожил долгую жизнь и часто говорил: “Два предсказания сбылось и осталось третье. Клянусь Аллахом, оно должно осуществиться.
Я видел женщину, которая на верблюде безбоязненно отправлялась в путь из Кадисийи до этого дома.
Я был в первых рядах конницы, которая штурмом взяла сокровище хосроя.
Клянусь Аллахом, сбудется и третье предсказание”.
Аллаху было угодно, чтобы сбылись слова благословенного пророка Аллаха. В эпоху халифа аз-Захида аль-Абида Умара ибн Абдель Азиза сбылось и третье предсказание. У мусульман накопились такие огромные богатства, что глашатаи приглашали бедных брать средства из закята, но никто не приходил за ними.
Правдив был Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, и истинными оказались его слова.
А Ади ибн Хатим до конца был верен своей клятве.
ИА GURABA
__________________
Жизнь - это не те дни, которые прошли, а те, которые запомнились.
Смотрящий вне форума   Ответить с цитированием
Старый 29.05.2010, 20:02 #26
Смотрящий Смотрящий вне форума
Пенсионер
Аватар для Смотрящий
 
 
Регистрация: 28.09.2008
Сообщений: 2,445
Вес репутации: 399
Смотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможно
По умолчанию

Абу Зарр Аль-Гифари

Цитата:
Ни земля, ни небо не видели более искреннего человека, чем Абу Зарр.
Мухаммад, Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует

В долине Ваддан, которая связывала Мекку с внешним миром, обитало племя гифаритов — Бану Гифар.
Они жили за счёт небольшой подати, которую выплачивали им торговые караваны курайшитов, когорте направлявшиеся в аш-Шам или прибывавшие оттуда.
Возможно также, что они занимались грабежом тех караванов, которые отказывались выплачивать требуемую подать.
Джундуб ибн Джунада, прозванный Абу Зарром, был выходцем из этого племени. Однако от своих соплеменников он отличался отвагой, благоразумием и дальновидностью...
Чрезвычайно тягостное впечатление на него производили идолы, которым поклонялся его народ, не признававший Аллаха.
Он был очень возмущён ересью, в которую впали арабы, и безрассудностью их воззрений.
Он страстно ждал появления нового пророка, который бы наполнил истиной умы и души людей, вывел бы их из тьмы к свету.

* * *

Будучи на своём кочевье, Абу Зарр прослышал о новом пророке, который появился в Мекке. Он сказал своему брату Анису:
“Немедленно отправляйся в Мекку и постарайся обязательно найти этого человека, который провозгласил себя пророком и будто бы получает с небес Божественное откровение. Послушай, что он говорит, а потом перескажи мне”.

* * *

Прибыв в Мекку, Анис встретился с Посланником Аллаха и послушал его проповеди. Когда он затем вернулся к своим соплеменникам, Абу Зарр уже с нетерпением ждал его и тут же начал жадно расспрашивать Аниса о новом пророке.
Анис сказал:
— Клянусь Аллахом, я увидел человека, который призывает к высокой морали, и его речь похожа на стихи.
Абу Зарр спросил его:
—А что о нём говорят люди?
— Они говорят, что это волшебник, прорицатель и поэт, — ответил Анис.
Абу Зарр воскликнул:
— Клянусь Аллахом, ты не удовлетворил моего любопытства и мою нужду. Не можешь ли ты присмотреть за моим семейством, пока я съезжу сам познакомиться с ним?
Анис ответил:
— Да, разумеется. Но будь осторожен с жителями Мекки.

* * *

Захватив с собой немного продуктов и небольшой сосуд с водой, ранним утром Абу Зарр отправился в Мекку, с тем чтобы лично встретиться с Пророком и самому всё разузнать.

* * *

Прибыв в Мекку, Абу Зарр испытывал большие опасения перед её жителями. Ему было известно ревностное отношение мекканцев к своим божествам и их жестокие репрессии в отношении любого человека, объявившего себя последователем Мухаммада..
Поэтому Абу Зарр не стал никого расспрашивать о Мухаммаде, так как не знал, будет ли его собеседник из сторонников Мухаммада или из его врагов.

* * *

Когда наступила ночь, Абу Зарр расположился на ночлег в мечети. Когда он укладывался спать, мимо него проходил Али ибн Абу Талиб. Заметив, что перед ним странник, он сказал:
— Послушай, человек, пошли к нам.
Абу Зарр пошёл с Али и переночевал у него дома. Утром он, захватив свои пожитки, вернулся в мечеть. При этом Али и Абу Зарр ни о чём друг друга не спрашивали.
Абу Зарр провёл и следующий день в мечети, но так и не увидел Пророка. Поздним вечером он вновь решил остаться на ночь в мечети. Мимо него опять прошёл Али и сказал ему:
— А не пора ли человеку уже знать, где его пристанище?
Затем Али отвёл Абу Зарра к себе домой, где он остался на вторую ночь. Как и в первый раз, они ни о чём друг друга не спрашивали.
На третью ночь Али спросил своего спутника:
— Не расскажешь ли ты мне о цели твоего визита в Мекку?
Абу Зарр ответил:
— Если ты мне дашь обещание показать то, что мне нужно, то я скажу тебе об этом.
Али твёрдо пообещал Абу Зарру сделать это.
Абу Зарр сказал:
— В Мекку я прибыл издалека, стремясь встретиться с новым пророком, чтобы услышать его речи.
Лицо Али радостно расцвело, и он воскликнул:
— Клянусь Аллахом, этот человек действительно пришёл к Посланнику Аллаха! Да это же… Это же… Слушай! Утром следуй за мной туда, куда я пойду. Если я замечу что-либо опасное для тебя, то остановлюсь, как будто хочу передохнуть. Когда же я продолжу путь, и ты следуй за мной, пока не войдёшь туда, куда войду я.

* * *

Всю ночь Абу Зарр не мог сомкнуть глаз, страстно стремясь увидеть Пророка. Ему не терпелось услышать что-нибудь из того, что было ниспослано Посланнику Аллаха из Божественных откровений.
Утром Али вместе со своим гостем отправился в дом благородного Посланника. Абу Зарр по пятам следовал за Али, пока они не вошли к Пророку.
Абу Зарр сказал:
— Мир тебе, о Посланник Аллаха!
— И тебе мир Аллаха, Его милость и Его благословение, — ответил Посланник.
Абу Зарр был первым человеком, который приветствовал Посланника Аллаха исламским приветствием. После этого оно получило широчайшее распространение.

* * *

Подойдя к Абу Зарру, Посланник Аллаха начал призывать его к Исламу и читать ему Коран. Не сходя с места, Абу Зарр провозгласил слово Истины и перешёл в новую религию. Он стал четвёртым или пятым человеком, принявшим исламскую веру.
Предоставим же слово самому Абу Зарру, чтобы он рассказал заключительную часть своей истории:
“После этого я остался у Посланника Аллаха в Мекке, где он учил меня Исламу и читал мне Коран. Затем он сказал мне:
— Не говори никому в Мекке, что ты принял Ислам. Я боюсь, что в противном случае язычники убьют тебя.
Я сказал:
— Клянусь Аллахом, я не покину Мекку до тех гор, пока не приду в мечеть и не провозглашу слово Истины среди толпы курайшитов.
Посланник Аллаха промолчал и ничего не ответил.
Придя в мечеть, где было много курайшитов, беседовавших между собой, я пробрался в самую середину и провозгласил громким голосом: “О народ курайшитский! Я свидетельствую, что нет божества, кроме Аллаха и, истинно, Мухаммад — Посланник Аллаха!”
Едва мои слова услышали курайшиты, как пришли в сильнейшее волнение и возбуждение, вскочили со своих мест и начали кричать: “Хватайте этого вероотступника”.
Подбежав ко мне, они начали бить меня смертным боем. Узнавший меня дядя Пророка Аль-Аббас ибн Абдель Мутталиб бросился ко мне, пытаясь защитить от озверевшей толпы. Он закричал: “Горе вам! Вы убиваете человека из племени Гифар, а ведь маршруты ваших караванов проходят через их территорию! Немедленно оставьте его!”
Очнувшись, я пришёл к Посланнику Аллаха. Увидев, в каком я состоянии, он воскликнул:
— Разве я не запретил тебе объявлять о том, что ты принял Ислам?!
— О Посланник Аллаха! Это была моя душевная потребность, которую я удовлетворил.
Пророк сказал:
— Возвращайся к своему народу и расскажи им всё, что ты видел и слышал. Призови их к Исламу. Быть может, Аллах принесёт им добро через посредство тебя, а тебе ниспошлёт награду через них... Когда же до тебя дойдёт весть, что я призываю открыто, то возвращайся ко мне...”
Абу Зарр продолжал:
“Когда я вернулся к своему народу, меня встретил мой брат Анис, который спросил:
— Ну, что ты сделал?
— Я сделал то, что принял Ислам, — ответил я. — Я сделал это совершенно искренне...
Не успел я сказать это, как Аллах распахнул его душу, и он сказал:
— Я не собираюсь отказываться от твоей религии. Я принимаю Ислам и истинную веру.
Затем к нам подошла мать, и мы призвали её к Исламу. Мать сказала:
— Я не собираюсь отказываться от вашей религии.
После этого она тоже приняла Ислам”.
С этого дня верующая семья неустанно и неутомимо начала призывать людей племени Гифар к Аллаху, пока мусульманами не стало большинство, и они стали совершать намаз.
Часть людей племени говорила:
— Мы останемся при нашей религии, а когда Посланник вступит в Медину, то примем Ислам.
Когда Посланник вступил в Медину, они перешли в исламскую веру. Посланник Аллаха сказал: “Аллах простил гифаритов. Тот, кто принял Ислам, получил благосклонность Аллаха”.
Во время битв при Бадре, Ухуде и “битвы у Рва” Абу Зарр оставался в своём племени, а затем отправился в Медину. Там он попросил у Посланника Аллаха взять его к себе на службу.
Пророк принял его в ряды своих сподвижников, и Абу Зарр имел счастье находиться рядом с Посланником Аллаха и служить ему.
Посланник Аллаха всегда явно отдавал предпочтение Абу Зарру среди других и очень уважал его. Всякий раз, встречаясь с Абу Зарром, он жал ему руку, а лицо его озарялось истинной радостью.

* * *

Когда Посланник Аллаха встретился со Всевышним, Абу Зарр не смог больше оставаться в Медине, которая осталась без своего господина, а собрания верующих — без истинного и великого наставника. Отправившись в аш-Шам, Абу Зарр жил там во времена правления Абу Бакра правдивейшего и аль-Фарука.
Когда халифом стал Усман, Абу Зарр жил в Дамаске. Здесь он убедился, насколько падки мусульмане к соблазнам мирской жизни, что было для него абсолютно неприемлемо. Когда Усман ибн Аффан вызвал его к себе в Медину, он прибыл туда. Но и здесь, в Медине, его поразило стремление людей любым образом заполучить все мирские блага. Вместе с тем люди были недовольны его строгостью к ним и его прямолинейностью. Усман повелел ему переселиться в небольшую деревню ар-Рабзу в пригороде Медины. Абу Зарр переехал туда и жил в уединении от людей, будучи абсолютно равнодушным к мирским радостям.
Подобно Посланнику Аллаха и его сподвижникам, он оставался непреклонным альтруистом, предпочитающим Будущую жизнь земной.

* * *

Как-то раз к нему пришёл человек и, войдя в дом, начал внимательно осматриваться. Не найдя в нём каких бы то ни было развлечений, он спросил:
— О Абу Зарр, а где же твои забавы?
Абу Зарр ответил:
— Наш дом там, где будут все наши праведные забавы.
Догадавшись, что Абу Зарр имел в виду Будущую жизнь, человек сказал ему:
— Но ведь радости и забавы должны быть и в этом доме, в мирской жизнь, пока мы живём в нём.
Абу Зарр ответил:
— Но Хозяин дома не оставит нас в нём.

* * *

Как-то раз эмир аш-Шама послал Абу Зарру триста динаров и передал сказать ему: “Используй эти деньги на свои нужды”.
Однако Абу Зарр вернул их эмиру со словами: “Неужели эмир аш-Шама не нашёл среди слуг Аллаха более достойного и нуждающегося больше, чем я?”

* * *

В тридцать втором году по Хиджре Аллах взял к Себе верного, преданного и бескорыстного слугу, о котором Посланник Аллаха сказал:
“Ни земля, ни небо не видели более искреннего человека, чем Абу 3арр”.
ИА GURABA
__________________
Жизнь - это не те дни, которые прошли, а те, которые запомнились.
Смотрящий вне форума   Ответить с цитированием
Старый 29.05.2010, 20:10 #27
Смотрящий Смотрящий вне форума
Пенсионер
Аватар для Смотрящий
 
 
Регистрация: 28.09.2008
Сообщений: 2,445
Вес репутации: 399
Смотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможно
По умолчанию

История Абу Кадамы и одной женщины, которая сплела из своих волос плетку для лошади
Цитата:
Эта известная история, которая передается большим числом рассказчиков, один из них Ахмад ибн Ад-джавзи из Дамаска (да помилует его Аллах). Он передает её в своей книге "Сук-Уль-урус ва Унс-уль-Нуфус" ("Рынок невесты и веселье душ"). В ней он рассказывает, что в городе Посланника Аллаха, (благословение и мир Аллаха ему), проживал мужчина, которого звали Абу Кадама Аш-шамий. Он возлюбил джихад на пути Аллаха и совершил поход на римские страны. Однажды, он сидел в мечети Посланника Аллаха, и разговаривал со своими приближенными. Они ему сказали:

- Абу Кадама, расскажи нам самое удивительное из того, что ты видел на джихаде.
Он ответил:

- Да.... Однажды я был в селении Ракка, желая купить жеребца, дабы загрузит его военными доспехами, и в один из дней, ко мне пришла женщина и сказала:

- Я слышала что ты, Абу Кадама, ведешь речь о джихаде и побуждаешь к нему. Мне дарованы такие волосы, которыми не одарены остальные женщины. Я их постригла и сделала из них плетку для лошади, и покрыла их грязью, чтобы никто к ним не присматривался. И хочу чтобы ты взял её с собой. Когда прибудешь в страны неверия, когда пробудятся герои и лучники начнут стрелять, когда сверкнут мечи и нацелятся их острия, то используй её, если потребуется, а если нет, то отдай её другому, тому кто нуждается в ней. Пусть он возьмет её с собой, дабы мои волосы покрылись пылью на пути Аллаха. Я вдова, мой муж и сыновья погибли в бою на пути Аллаха. И если бы джихад был бы для меня обязательным, я бы непременно сражалась.

И когда Абу Кадама взял у неё плетку, она сказала:

- Абу Кадама, ты должен знать. Когда мой муж умер, он оставил мне, после себя сына, одного из самых лучших юношей, он знает Коран, персидский язык, а также владеет стрельбой из лука. Он выстаивает ночами молитву и постится днем, его возраст двадцать пять лет, сейчас он находится за городом в поместье, которое оставил ему отец, и возможно, он вернется до твоего отъезда. Я отправлю его с тобой в качестве подарка Всемогущему и Великому Аллаху. Во имя святости Ислама я прошу тебя, не воспрещай мне получить вознаграждение за это у Аллаха.

Я взял от неё плетку, которая была твердо сплетена из её волос. Затем она сказала мне: "Поставь её в свое седло, чтобы я увидела, и успокоилось моё сердце". Я поставил плетку в своё седло и отправился со своими сподвижниками в путь. И когда мы достигли крепости Муслиматы сына Абдуль-Малика, услышали, что позади нас скачет всадник и кричит: "Абу Кадама, остановись на немного, да будет милостив к тебе Аллах". Я приостановился, а своим сподвижникам сказал: "Продвигайтесь вперед, я взгляну кто это". Всадник приблизился ко мне, обняв меня, он сказал: "Хвала Аллаху, который не запретил мне выйти вместе с тобой в поход, и не захотел, чтобы я прятался". В ответ я ему сказал: "Сними платок со своего лица, и если такой как ты, нужен будет для битвы, я разрешу тебе отправиться вместе с нами, а иначе я отправлю тебя назад". Когда он убрал платок со своего лица, я увидел пред собой чудного юношу, подобно луне на нем блистали черты благочестия. Я спросил его:
- Есть ли у тебя отец?

- Нет. Я отправился с тобой, дабы отомстить за него, он пал шахидом. И быть может Аллах и мене даст смерть шахида, как дал моему отцу.
Затем я продолжил:
- А есть ли у тебя мать?
- Да, есть.
Тогда я ему сказал:

- Возвращайся к ней, и попроси у неё разрешение. Если позволит, то отправляйся, а в противном случае оставайся с ней, твое послушание ей, почётнее чем джихад, потому что рай (джаннат) находится под тенью мечей и под ногами матерей.
Затем он меня спросил:
- Абу Кадама, неужели ты не узнал меня?
Я ответил:
- Нет.

- Я сын той женщины, которая дала тебе плётку из своих волос, как быстро ты забыл просьбу моей матери! Я хочу стать шахидом, с дозволения Аллаха, ведь я сын шахида. Прошу тебя, во имя Аллаха, не запрещай мне выйти в поход на пути Аллаха, вместе с тобой, я знаю наизусть Коран, и изучал сунну Посланника Аллаха (благословение и мир Аллаха ему), а также владею персидским языком и умею стрелять. Не оставляй меня из-за моих юных лет, моя мать хотела чтобы я не возвращался, она сказала мне: "Сыночек, когда встретишь неверных, не отступай от них, подари себя Аллаху и проси близости к Аллаху, и к своему отцу и братьям в раю. И если Аллах дарует тебе смерть шахида, то стань моим заступником в День суда, я знаю что один шахид заступается за семьдесят человек из своей семьи и за семьдесят из своих соседей". Затем она прижала меня к своей груди, и приподняв свою голову к небу, промолвила: "О мой Бог, Господь и Покровитель! Это мой сын, прекрасный цветок моего сердца и плод моей души, я отдаю его тебе, приблизь его к его погибшему отцу".

Услышав рассказ юноши, я не смог удержатся от слез, и заплакал, сожалея о доброте и красоте его молодости, и сочувствуя сердцу его матери, удивляясь её терпению. А он сказал:

- Дядя, почему ты плачешь? Если причина этого мои юные годы, то знай, что Аллах будет наказывать того, кто моложе меня, если он ослушается Его.
Я сказал ему:

- Нет, я плачу не из-за твоих лет, а плачу за сердце твоей матери, какого ей будет без тебя?

Мы шли, и остановились на ночь, а когда наступил полдень, решили отправиться дальше. Юноша неустанно поминал Всевышнего Аллаха. Глядя на него, я понял, что он самый лучший наездник из нас, а когда мы останавливались, он был обходителен со всеми нами. По мере продвижения вперёд, его решительность увеличивалось, он становился все активнее, а его сердце наполнялось чистотой, на его лице появлялись признаки радости.

Мы находились в пути, и только к вечеру, на закате солнца, приблизились к домам многобожников. Тогда мы решили остановиться на ночлег, юноша сразу же принялся готовить нам еду для разговения, так как в этот день мы постились. Сон начал одолевать юношу, и он заснул крепким сном. Когда он спал, на его лице появилась улыбка, и я сказал своим сподвижникам: "Взгляните, как этот юноша улыбается во сне". И когда он проснулся, я спросил его:

- Дорогой, я видел тебя улыбающимся и смеющимся во сне.
На что он ответил:

- Я видел прекрасный сон, который впечатлил меня, и я улыбнулся.
Я спросил:
- Что это было?
И он начал рассказывать:

- Мне приснилось, как будто я прогуливаюсь в прекрасном зеленом саду. Я увидел замок из серебра, его балконы были из жемчуга и драгоценных камней, а двери из золота, а его занавеси были опущены. И тут я увидел гурий, которые открывали занавеси, их лица были как полная луна. А когда они увидели меня, приветствовали меня словами: "добро пожаловать". Я захотел протянуть свои руки к одной из них, но она ответила мне: "Не торопись, твое время еще не пришло". Затем я услышал, как некоторые из них переговариваются друг с другом: "Этот юноша, супруг приятной (блаженной)". Потом они сказали мне: "Иди дальше, да смилуется над тобой Аллах". Я пошел дальше, и на самой вершине, я увидел комнату из красного золота. В ней стояла кровать из зеленого золота, а стойки её были из белого серебра, на ней сидела девушка, её лицо было изумительное как солнце, и если бы не укрепил Аллах меня в тот час, я бы потерял свое зрение и сознание от великолепия комнаты и красоты девушки. Когда девушка увидела меня, она сказала мне: "Здравствуй, добро пожаловать любимец Аллаха, ты принадлежишь мне, а я тебе". Я пожелал обнять и прижать её к своей груди, но она сказала: "Подожди, не торопись, наша встреча будет завтра после Салят-уль-Зухр (обеденной молитвы). Радуйся!"
В ответ на это Абу Кадама сказал ему:

- Дорогой, это хорошая весть, которая исполнится в действительности". Потом все легли спать, удивленные сном юноши, а когда наступило утро, мы приготовились к джихаду и оседлали своих лошадей. Тут раздался клич: "Седлайся конница Аллаха и неси нам благую весть о рае, спешите с легкостью и тягостью, и сражайтесь на пути Аллаха". Прошло совсем немного времени, как войска неверных (да оставит их Аллах без помощи) напали как нашествие саранчи. Первый кто понесся к ним, был юноша, он рассеял их сплоченность и разделил их, он ворвался в самый центр, убивая огромное количество воинов и поражая самых сильных врагов, среди неверных. Увидев его, я присоединился к нему, и взяв за узды его лошадь, сказал:

- Дорогой мой, возвращайся назад, ведь ты еще ребенок и не знаешь хитрости боя", но в ответ я услышал от него:

- Дядя, разве ты не слышал слова Всевышнего Аллаха: ?О вы которые уверовали, если вы при наступлении встретитесь с теми, кто не уверовал, то не отступайтесь от них?. Ты хочешь чтобы я вошел в ад?". Отряды многобожников, один за другим нахлынули на нас и разделили нас. В сражении погибло много мусульман. Когда войска разошлись, численность павших на поле боя была огромной. Я стал ходить между погибшими, их кровь изливалась на землю, а лица их были неузнаваемы из-за пыли и крови. Тут я увидел юношу, засыпанного пылью. Он истекал кровью и кричал:

- Мусульмане, именем Аллаха прошу вас, позовите ко мне моего дядю Абу Кадама.

Услышав его зов, я направился к нему, его лицо было неузнаваемым, из-за большого количество крови и пыли, и отпечатков лошадиных копыт. Я сказал ему:
- Я Абу Кадама.
Затем он начал говорить:

- О мой дядя, сон в действительности был верным, клянусь Господом Каабы, я сын женщины, которая сплела плетку.

Тогда я бросился к нему, поцеловал его и начал вытирать пыль и кровь с красивых черт его лица, говоря ему:

- О мой любимый, не забывай своего дядю Абу Кадама, будь его заступником в Судный день.
А он ответил:

- Такие как ты не забываются, не вытирай моё лицо своей одеждой, моя одежда более приемлема для этого чем твоя, оставь это, пусть я встречу Аллаха таким. Дядя, та гурия, которую я описал тебе, она у моей головы, ожидает выхода моей души и говорит: "Поторопись, ведь я скучаю по тебе". Дядя! Во имя Аллаха, если Аллах в сохранности возвратит тебя назад, возьми мою залитую кровью одежду, и отдай моей бедной, печальной матери, потерявшей ребёнка, пусть она знает, что я не забыл её завещания, и не был трусом при встрече с многобожниками. Поприветствуй её за меня, и скажи что Аллах принял её подарок. Дядя, у меня есть маленькая сестренка, ей всего десять лет, каждый раз, когда я заходил в дом, она встречала и приветствовала меня, а когда я уходил, она была самой последней, кто прощался со мной. В последний раз она сказала мне: "Брат! Прошу тебя во имя Аллаха, не медли", так вот, если встретишь её, передай ей от меня приветствие и скажи, что теперь её покровителем вместо меня до Судного дня, будет Аллах.
Затем он улыбнулся и сказал:

- Я свидетельствую, что нет божества кроме Единого Аллаха, и нет у Него сотоварищей, Он исполнил свое обещание, а также свидетельствую, что Мухаммед Его Посланник, и это то, что было обещано и сказано воистину, Аллахом и Посланником". Это были последние слова юноши, перед тем, как покинула его душа. Мы завернули его саваном и предали его земле, да будет Аллах доволен им и нами вместе с ним.

Когда мы вернулись, я отправился в то селение, меня ничего не интересовало, кроме дома матери юноши. И я заметил девочку, похожую на юношу в его красоте и доброте, стоявшую у дверей. Она спрашивала каждого кто проходил мимо неё: "Откуда возвращаетесь?", а они отвечали: "С боя". Она продолжала их расспрашивать: "А не вернулся ли с вами мой брат?", а они отвечали: "Мы не знаем его". Я направился к ней, и она обратилась ко мне с вопросом: "Откуда возвращаетесь?", я ответил: "С боя", затем спросив: "А не вернулся ли с вами мой брат?", она заплакала, и сказала: "Почему, все возвращаются, а моего брата нет". Я поприветствовал эту девочку и сказал ей: "Передай своей матери, что я у двери". Женщина услышав мой голос, вышла, цвет лица у неё сразу же изменился. Я поздоровался с ней, и она ответила также. Затем она спросила меня: "Ты пришёл с радостью или выражающим соболезнование?", я сказал ей: "Да смилуется над тобой Аллах, разъясни мне, что для тебя радость и что соболезнование?". Она ответила: "Если мой сын вернулся живым - ты пришел выражающим соболезнование, а если он погиб на пути Аллаха - ты пришел с радостью", и тогда я сказал ей: "Радуйся, твой подарок принят", и она заплакала.... А потом переспросила: "Действительно ли принят?", и я ответил: "Да". Затем она сказала: "Хвала Аллаху, который сделал его сокровищем в Судный день". Я спросил её: "А где девочка, сестренка юноши?". Она ответила, что эта та девочка, которая разговаривала со мной. Приблизившись к ней, я сказал: "Твой брат передает тебе приветствие, и говорит, что теперь Аллах стал твоим опекуном вместо него до Судного дня", она громко заревела и пала лицом на землю, когда подняли её, она оказалась уже мертвой. Я был удивлен этим. Затем я отдал одежду юноши, которая была со мной, его матери, и попрощавшись с ней, ушёл опечаленный за юношу и девочку, а также удивленный терпением их матери.

Могущество веры и неизменность уверенности породила из сподвижников (сахабов), последователей (табиин) и из тех, кто последовал им, верующих, подобных этому примеру, в чьих глазах жизнь стала незначительной, а Ислам, его соблюдение, претворение, донесение и распространение, стал их главной задачей. Для них джихад для возвышения слова Аллаха, стал главной целью, а смерть шахида их желанием и мечтой их души. Именно ими восторжествовал Ислам, а дела мусульман возвеличились. Да воздаст им Аллах наилучшее воздаяние, и наделит нас той же милостью, которую оказал им, усилив нашу веру и укрепив нашу уверенность. Пусть Аллах уменьшит в наших глаза значимость ближней жизни, и сделает Ислам, воплощение его в жизнь и донесение его всему миру, главной задачей каждого из нас и нашим самым преобладающим интересом, не позволяющим отдавать наше время на другое дело (на ребенка, родителей и жён), или отвлекаться на скопление имущества, на развлечения, строительство домов, на безделье или на власть ради собственных интересов. Пусть Аллах укрепит нас и сделает нас праведными сынами этой уммы, работающими для усиления её веры и уверенности, объясняя религию Аллаха, дабы взяла она Ислам как свою основу, чтобы мы в действительности смогли править ею, и при её содействии, претворять Ислам в жизнь, а также донести его всему миру как послание человечеству.

Я прошу Аллаха дать нам свою помощь и победу, помогите религии Аллаха и Он поможет вам.

ИА GURABA
__________________
Жизнь - это не те дни, которые прошли, а те, которые запомнились.
Смотрящий вне форума   Ответить с цитированием
Старый 29.05.2010, 20:11 #28
Смотрящий Смотрящий вне форума
Пенсионер
Аватар для Смотрящий
 
 
Регистрация: 28.09.2008
Сообщений: 2,445
Вес репутации: 399
Смотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможно
По умолчанию

Абдулла ибн Умм Мактум
Цитата:

Слепой человек, по поводу которого Аллах ниспослал шестнадцать аятов, которые читались, и будут всегда читаться.
Толкователь Корана

Кто же этот человек, за которого благородный Пророк получил очень строгое и грозное порицание с седьмого неба?
Кто же этот человек, по поводу которого Джибриль, ангел-хранитель, передал Божественное откровение в сердце благородного Пророка?
Этим человеком был слепой муэдзин Посланника Аллаха Абдулла ибн Умм Мактум.

* * *

Абдулла ибн Умм Мактум был мекканским курайшитом, которого связывали с Посланником Аллаха узы родства. Он был сыном дяди матери правоверных Хадиджи Бинт Хувайлид.
Его отца звали Кайс ибн Зайд, а мать — Атика Бинт Абдулла. Однако она была больше известна под именем Умм Мактум, так как родила слепого сына.

* * *

Зарю Божественного света Абдулла ибн Умм Мактум увидел в Мекке, когда Аллах распахнул его душу навстречу вере, и он стал одним из первых мусульман.
Ибн Умм Мактум пережил в Мекке все лишения мусульман и связанные с этим страдания и жертвы, проявив достойную стойкость и самоотверженность...
Так же, как и его товарищи, он терпел унижения от курайшитов, вкусил горечь преследований и издевательств. Но эти испытания не сломили его, не поколебали его решимости и не ослабили веры...
Наоборот, всё это ещё больше укрепило его связь с религией Аллаха и Книгой Аллаха, углубило его понимание и осознание Закона Аллаха, сблизило с Посланником Аллаха.

* * *

Абдулла ибн Умм Мактум страстно стремился к благородному Пророку и изучению Корана. Для этого он не упускал ни одного случая или представившейся возможности...
Иногда это стремление было таким сильным, что, использовав время Посланника, предназначенное для него, Абдулла пытался занять и время других людей, с которыми общался Пророк...
В этот период Посланник Аллаха был чрезвычайно занят работой с курайшитскими вождями и знатью, всеми силами стремясь обратить их в Ислам. Однажды он встретился с Утбой ибн Рабиа, его братом Шайбой ибн Рабиа, Амром ибн Хишамом, прозванным Абу Джахлем, Умайей ибн Халифом и аль-Валидом ибн аль-Мугирой, который был отцом Халида, прозванного мечом Аллаха. Пророк приступил к переговорам с ними, стремясь убедить их принять исламскую веру. Он страстно желал, чтобы вожди курайшитов ответили на его призыв или прекратили чинить зло его сторонникам.

* * *

В этот напряжённый момент к нему пришёл Абдулла ибн Умм Мактум с просьбой прочитать аят из Книги Аллаха, а затем сказал:
— О Посланник Аллаха, научи меня чему-нибудь из того, что ты узнал от Аллаха.
Хмуро посмотрев на Абдуллу, Пророк отказался и поспешил к курайшитам с надеждой убедить их принять исламскую веру.
Если бы они стали мусульманами, то это подтвердило бы могущество религии Аллаха и явилось бы мощной поддержкой призыва Его Посланника.
Закончив свою беседу с курайшитами и расставшись с ними, Посланник Аллаха отправился домой, намереваясь побыть с родными. Внезапно он почувствовал, что Аллах замутил его взор, а в голове начался какой-то стук.
Затем к нему снизошло Божественное откровение:

“Он нахмурился и отвернулся в сторону,
потому что подошёл к нему слепой.
Но что известно тебе?
Возможно, что он хочет очистить себя?
Или, быть может, он будет внимать напоминанию, и оно может помочь ему.
Что же касается того, кто презрительно безразличен,
на того ты обращаешь внимание,
Хотя ты и не ответственен в том, что он не очистился.
Но тем, кто спешит к тебе,
И кто боится Господа,
Тем ты пренебрегаешь.
Нет! Истинно, это есть напоминание, —
посему, всякий кто хочет, пусть внимает ему —
на чтимых листах,
Возвышенных, очищенных
Руками писцов почтенных, благих”.

Шестнадцать аятов ниспослал Джибриль в сердце благородного Пророка по поводу Абдуллы ибн Умм Мактума, которые читаются с того дня и до нашего времени. Они будут читаться до тех пор, пока Аллах не унаследует Землю со всем, что есть на ней.

* * *

С того дня Посланник Аллаха часто навещал Абдуллу ибн Умм Мактума. На любых собраниях старался сесть рядом с ним, интересовался делами Абдуллы и помогал ему в нуждах.
Разве это не удивительно! Не из-за Абдуллы ли Пророк получил резкое и суровое порицание с высот седьмого неба?!

* * *

Когда курайшиты усилили гонения и преследования Посланника и его единомышленников, Аллах позволил мусульманам переселиться. Быстрее всех собрался покинуть родину, спасая свою религию, Абдулла ибн Умм Мактум...

Он и Мусаб ибн Умайр первыми из сподвижников Посланника Аллаха прибыли в Медину.
Как только Абдулла ибн Умм Мактум достиг Йасриба, то сразу же вместе с Мусабом ибн Умайром начал активно встречаться с людьми, читать им Коран и разъяснять суть религии Аллаха.

Когда в Медину прибыл Посланник Аллаха, то сделал Абдуллу ибн Умм Мактума и Биляля ибн Рабаха муэдзинами среди мусульман, которые пять раз в течение каждого для громогласно обращались к правоверным со словом единобожия, созывая их для совершения доброго дела и достижения блаженства...
Биляль обращался с первым призывом, а ибн Умм Мактум — со вторым уже непосредственно перед намазом. Возможно, что первый призыв делал ибн Умм Мактум, а второй — Биляль.
В месяц Рамадан у Биляля и ибн Умм Мактума была ещё одна обязанность. По призыву одного мусульмане принимали пищу последний раз перед рассветом, а по призыву другого начинали дневной пост.
Биляль делал призыв ночью и будил людей, а ибн Умм Мактум наблюдал наступление зари и никогда не ошибался.
Пророк настолько высоко ценил ибн Умм Мактума, что оставлял его вести дела в Медине, когда уезжал из неё. Так случалось раз десять, в том числе и тогда, когда Посланник Аллаха отправился покорять Мекку.
После битвы при Бадре Аллах ниспослал Пророку ряд аятов Корана, в которых Он превозносил борцов за веру, предпочитая их тем, кто сидит, сложа руки, чтобы вдохновить мусульман к Джихаду и расшевелить пассивных. Эти аяты произвели глубочайшее впечатление на ибн Умм Мактума, и он глубоко переживал то, что не мог посвятить себя этому праведному делу.
Как-то он сказал Пророку:
— О Посланник Аллаха, если бы я был в состоянии вести Священную войну, то стал бы муджахидом.
Затем он смиренно взмолился, чтобы Аллах ниспослал аят специально для него и ему подобных, которые в силу своих физических недостатков не могут участвовать в Джихаде. Его голос был преисполнен искренностью зова:
“О Аллах, ниспошли мне оправдание... О Аллах, ниспошли мне оправдание...”
В самом скором времени Всемогущий Аллах внял его мольбе.

* * *

Зайд ибн Сабит, который записывал Божественные откровения, ниспосланные Посланнику Аллаха с его слов, рассказывал:
“Я был рядом с Посланником Аллаха, когда его внезапно охватило сомнамбулическое состояние. Его нога упала на мою, и я почувствовал, что никогда ранее не испытывал такой тяжести.
Пророку снизошло откровение, и он произнёс:
— Пиши, о Зайд.
Я записал следующие его слова: “Верующие, которые не двигаются с места и те, которые сражаются во имя Аллаха — не равны друг другу...”
Ибн Умм Мактум вскочил со своего места и воскликнул:
— О Посланник Аллаха! А как же с теми, кто не способен вести Священную войну?
Не успел он закончить, как Посланник Аллаха вновь впал в транс, и его нога упала на мою ногу. При этом она была такой же непомерно тяжёлой, как и в первый раз.
Пророк провозгласил:
— Читай же, что ты записал, о Зайд!
Я прочитал: “Верующие, которые не двигаются с места и те, которые сражаются во имя Аллаха — не равны друг другу...”
— Пиши! — повелел Пророк. — “Кроме увечных”.
Так было ниспослано исключение, которого желал ибн Умм Мактум.
Несмотря на то, что Аллах освободил ибн Умм Мактума и подобных ему от долга вести Джихад, его душа не могла смириться с сидением на месте. Ибн Умм Мактум твёрдо решил принять участие в Джихаде во имя Аллаха…
Известно же, что великим людям нужны великие дела, и они не могут довольствоваться малым.
С этого дня ибн Умм Мактум всячески старался не пропустить ни одного очередного похода, найдя себе дело на поле боя. Он предложил поместить его среди воинов и сделать знаменосцем, чтобы он нёс боевое знамя и хранил его...
— Я слеп, и бежать мне некуда, — сказал он.

* * *

В четырнадцатом году по Хиджре Умар ибн аль-Хаттаб решил дать персам генеральное сражение, чтобы сокрушить их государство и окончательно подорвать их власть и могущество, а затем открыть путь мусульманским армиям в другие страны. Он писал своим наместникам:
“Без малейшего промедления отправляйте ко мне абсолютно всех всадников имеющих оружие, а также других разумных людей и вообще всех, могущих оказать посильную помощь”.
Вняв призыву аль-Фарука, огромные массы мусульман начали стекаться в Медину. Среди них находился слепой муджахид Абдулла ибн Умм Мактум.
Командовать этой огромной армией аль-Фарук назначил Саада ибн Абу Ваккаса. Он лично дал ему свои наставления и проводил в путь.
Когда мусульманская армия подошла к Кадисийи, среди бойцов в кольчуге и полном боевом снаряжении встал Абдулла ибн Умм Мактум. Он решил нести знамя мусульман и до своей смерти хранить его.

* * *

В жестоком и страшном трёхдневном сражении столкнулись две армии... История мусульманских завоеваний доселе не знала таких масштабов боевых действий. На третий день мусульмане начали одерживать блестящую победу. Рухнуло одно из величайших государств в мире...
Был ликвидирован один из самых деспотичных царских режимов...
Знамя единобожия было водружено на земле язычников.
За эту блестящую победу мусульмане заплатили жизнями сотен бойцов во имя Аллаха...
Среди павших мучеников за истинную веру был и Абдулла ибн Умм Мактум...
Его бездыханное окровавленное тело было найдено на поле боя. В руках он сжимал боевое знамя мусульман.

Примечание:

Имеются разные версии по поводу имени ибн Умм Мактума. Мединцы называют его Абдуллой, а иракцы Умаром. Имя его отца Кайса ибн Зайда называется всеми без изменений.
ИА GURABA
__________________
Жизнь - это не те дни, которые прошли, а те, которые запомнились.
Смотрящий вне форума   Ответить с цитированием
Старый 29.05.2010, 20:12 #29
Смотрящий Смотрящий вне форума
Пенсионер
Аватар для Смотрящий
 
 
Регистрация: 28.09.2008
Сообщений: 2,445
Вес репутации: 399
Смотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможно
По умолчанию

Маджзаа ибн Саур Ас-Садуси

Цитата:
Маджзаа ибн Саур — славный витязь, который в личных единоборствах убил сто язычников. Можно представить, скольких врагов он лишил жизни в яростных схватках на поле боя.
Из высказываний историков

Вот перед вами славные герои из воинов Аллаха отряхивают с себя пыль Кадисийи, радуясь ниспосланной им Аллахом победе.
Они ликуют по поводу той награды, которая дарована Аллахом их братьям, павшим смертью мучеников на поле боя.
Им страстно хочется скорее вступить в новое сражение, которое бы не уступило по своему блеску и величию битве при Кадисийи.
Они с нетерпением ждут, когда к ним придёт приказ халифа Посланника Аллаха Умара ибн аль-Хаттаба продолжить Джихад для того, чтобы низвергнуть трон хосроя.

* * *

Недолго продолжалось нетерпеливое ожидание славных и удачливых воинов.
И вот из Медины в аль-Куфу проследовал гонец аль-Фарука с приказом наместнику Куфы Абу Мусе аль-Ашари выступить со своей армией с целью соединения с мусульманскими войсками, вышедшими из аль-Басры. Затем объединённому войску предстояло наступать в направлении Ахваза , настигнуть Хурмузана, разгромить его армию и освободить город Тустар, который был жемчужиной в короне хосроя и перлом страны персов.
В приказе, который халиф отправил Абу Мусе, говорилось, что он должен взять с собой в поход славного рыцаря Маджзаа ибн Саура ас-Садуси, вождя племени Бану Бакр.

* * *

Выполняя приказ халифа мусульман, Абу Муса аль-Ашари собрал свою армию и поставил Маджзаа ибн Саура ас-Садуси на её левом фланге. Соединившись с мусульманскими войсками, которые выдвигались из аль-Басры, объединённые войска начали свой поход на пути Аллаха.
Мусульмане освобождали города и очищали от врага крепости, а Хурмузан отступал перед их напором с позиции на позицию, пока не подошёл к городу Тустару, где соединился с его защитниками.

* * *

Тустар, где закрепилась армия Хурмузана, был один из красивейших городов Персии, расположенным в очень живописной местности, и имел самые сильные крепостные укрепления.
Наряду с этим Тустар имел древнюю историю, которая своими корнями уходила в глубину веков. Он был построен на возвышенности, имевшей форму коня. Городское водоснабжение осуществлялось из большой реки Дуджайл.
На вершине возвышенности находился источник воды с бассейном и фонтанами, выполненными в виде различных зверей, из пасти которых изливалась вода, построенный царём Сабуром. Снабжение бассейна и фонтанов водой осуществлялось через специальные вырытые подземные галереи. Бассейн Тустара с его фонтанами и акведуками являлся одним из чудес строительного искусства. Всё сооружение было выполнено из огромных, гладко обтёсанных камней, укреплённых мощными металлическими колоннами. Бассейн и галереи были обшиты свинцовыми листами.
Сам Тустар был окружён огромной и высокой стеной, которая подобно браслету, полностью окружала его. Историки говорили об этой стране:
“Эта была первая в истории человечества крепостная стена такого размера, окружавшая город целиком”.
Вокруг стены по приказу Хурмузана вырыли огромный ров, который было трудно преодолеть. За рвом были расположены элитные войска персов.

* * *

Армии мусульман расположились вокруг рва Тустара с его внешней стороны, и в течение восемнадцати месяцев безуспешно пытались форсировать его.
За этот период мусульмане провели восемнадцать боёв с персами.
Каждый из этих боёв начинался единоборством рыцарей с обеих сторон, после чего в ожесточённую схватку вступали главные силы.
В этих единоборствах Маджзаа ибн Саур проявил чудеса доблести, которая поразила умы и восхитила как друзей, так и врагов одновременно.
В этих поединках Маджзаа лично убил сто вражеских богатырей, и его имя начало вызывать ужас у персов, вселяя одновременно храбрость и мужество в души мусульман.
Только теперь те, кто не знал его раньше, поняли, почему вождь правоверных настаивал на том, чтобы этот отважный герой был в рядах наступающей армии.

* * *

В последнем из этих восемнадцати боёв мусульмане с таким беззаветным героизмом атаковали противника, что персы дрогнули и отступили по мостам, перекинутым через ров, укрывшись в городе и закрыв за собой ворота этой неприступной цитадели.
Сложное положение, в котором мусульмане находились длительный период, ещё более усугубилось. Теперь персы с высоких крепостных башен осыпали их градом своих разящих стрел.
Наряду с этим они начали спускать с крепостных стен железные цепи, к концам которых были прикреплены раскалённые докрасна крюки.
Как только кто-нибудь из мусульманских воинов начинал взбираться на стену, или же только приближался к ней, персы тут же сбрасывали цепи, крюками цепляли смельчака и поднимали к себе. Раскалённое железо рвало и жгло человеческое тело, а конечности отрывались и падали вниз, и воин в муках умирал.

* * *

Положение мусульман продолжало ухудшаться. Преисполненные смирения и покорности, они всем сердцем стали испрашивать Аллаха, чтобы Он ниспослал им избавление и даровал победу над Его и их врагами.
Когда Абу Муса аль-Ашари созерцал огромные стены Тустара с чувством отчаяния от невозможности взять их штурмом, перед ним упала стрела, пущенная в его сторону с крепостной стены.
Посмотрев на неё, Абу Муса заметил, что к ней было привязано послание, в котором говорилось:
«Я поверил в вас, о мусульмане. Я прошу у вас охранную грамоту для себя, своего имущества, родных и близких. А за это я покажу вам ход, через который вы сможете проникнуть в город».
Абу Муса написал охранную грамоту человеку, пустившему стрелу с посланием, а затем пустил свою стрелу обратно с охранной грамотой. Человек поверил в охранную грамоту мусульман, так как знал, насколько точно они выполняют обещания и верны взятым обязательствам. Под покровом темноты он пробрался к мусульманам. Представ перед Абу Мусой, он сказал ему:
— Моя семья из вождей этого народа. Хурмузан убил моего старшего брата, захватил его имущество и напал на его родственников. Он также затаил в душе зло против меня, и я начал бояться за свою жизнь и за жизнь своих детей. Я предпочитаю вашу справедливость его деспотизму и вашу верность слову его вероломству. Я твёрдо решил показать вам потайной ход, через который вы проникнете в Тустар.
Дай мне отважного и умного человека, который бы умел хорошо плавать, и я покажу ему путь.

* * *

Абу Муса аль-Ашари вызвал к себе Маджзаа ибн Саура ас-Садуси и, рассказав ему о ситуации, сказал:
— Дай мне одного человека из твоих людей, который был бы умным, решительным и умел бы хорошо плавать.
Маджзаа воскликнул:
— Позволь мне быть этим человеком, о амир! Абу Муса сказал ему:
— Если ты хочешь этого, то пусть будет с тобой благословение Аллаха.
Затем он попросил его хорошенько запомнить дорогу и выяснить, где находится Хурмузан, точно убедившись в этом. Больше Абу Муса попросил ничего не предпринимать.
Под покровом ночи Маджзаа ибн Саур вместе со своим проводником-персом пробрался в одну из подземных галерей, связывавших город с рекой. По дну галереи текла вода.
Иногда ход настолько расширялся, что по воде можно было идти вброд, а иногда сужался до такой степени, что им приходилось плыть. Иногда от галереи отходили боковые рукава, и она делала поворот, а иногда была прямой...
Так продолжалось до тех пор, пока они не подобрались к выходу в город. Проводник указал Маджзаа место, где была укреплённая резиденция Хурмузана - убийцы его старшего брата.
Когда Маджзаа увидел Хурмузана, он прицелился, чтобы поразить его стрелой в шею, однако, вспомнив о наставлении Абу Мусы не поднимать шума, сдержался и до наступления рассвета вернулся тем же путём обратно.

* * *

Отобрав триста самых отважных и стойких воинов из мусульман, умеющих плавать, Абу Муса назначил Маджзаа командовать ими. Затем он проводил их, сделав соответствующие напутствия... Сигналом к штурму города Абу Муса повелел сделать клич "Аллаху акбар!" ("Аллах велик!").
Маджзаа приказал своим воинам максимально облегчить свою одежду, чтобы вода сильно не утяжеляла их. Из оружия он распорядился оставить только мечи и крепко привязать их к телу под одеждой... Как только стемнело, отряд двинулся в путь.

* * *

Около двух часов Маджзаа ибн Саур со своими отважными бойцами пробирался, преодолевая опасную галерею. Иногда они, обессиленные, останавливались, но затем упорно продолжали свой путь вперёд. Достигнув, наконец, хода, ведущего в город, Маджзаа обнаружил, что двести двадцать его воинов не доплыли, утонув, и с ним осталось только восемьдесят...
Едва ступив на городскую землю, Маджзаа и его соратники, обнажив мечи, атаковали защитников крепости, поражая насмерть каждого, кто вставал у них на пути.
Пробившись к крепостным воротам, воины распахнули их с криками: "Аллаху Акбар!". Этот воинственный клич внутри крепости смешался с аналогичным призывом снаружи.
Между мусульманскими воинами и врагами Аллаха завязалась настолько ожесточённая и кровавая битва, что по своему накалу в истории войн вряд ли можно было найти что-либо подобное.
Когда накал боя достиг своего апогея, Маджзаа ибн Саур заметил среди сражающихся Хурмузана. Обнажив меч, он бросился ему навстречу, однако в тот же момент сотни солдат Хурмузана скрыли от взора ибн Саура.
Заметив Хурмузана во второй раз, Маджзаа бросился вперёд и атаковал его. С мечами в руках Маджзаа и Хурмузан сошлись в яростном поединке. Они нанесли друг другу смертельные удары, но меч Маджзаа отклонился от цели, а меч Хурмузана был точен...
Витязь-герой замертво рухнул на землю, испытывая счастье от того, что сделал Аллах его руками.
Мусульманские воины продолжали бой, пока Аллах не даровал им победу, а Хурмузан был взят в плен.

* * *

С радостной вестью о великом завоевании победители отправились в Медину, ведя перед собой Хурмузана, на голове которого была надета украшенная драгоценностями корона, а на плечах царская одежда, расшитая золотом, чтобы халиф лично увидел его.
Вместе с этим победители стремились выразить халифу свои глубокие и искренние соболезнования по поводу гибели в бою его рыцаря-героя Маджзаа ибн Саура.

ИА GURABA
__________________
Жизнь - это не те дни, которые прошли, а те, которые запомнились.
Смотрящий вне форума   Ответить с цитированием
Старый 16.04.2011, 17:00 #30
Смотрящий Смотрящий вне форума
Пенсионер
Аватар для Смотрящий
 
 
Регистрация: 28.09.2008
Сообщений: 2,445
Вес репутации: 399
Смотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможноСмотрящий невозможное возможно
По умолчанию

САИД ИБН АМИР АЛЬ-ДЖУМАХИ

Цитата:
“Саид Ибн Амир — человек, который приобрёл Будущую жизнь
своей земной жизнью, отдав предпочтение Аллаху и Его
посланнику, да благословит его Аллах и приветствует, перед
всеми другими”. (Из высказываний историков) Саид Ибн Амир
аль-Джумахи был одним из тысяч юношей, которые пришли в
район ат-Таньим близ Мекки по призыву курайшитских вождей,
чтобы присутствовать при расправе над одним из сподвижников
Мухаммада, да благословит его Аллах и приветствует,
Хубайбом Ибн Ади, вероломно захваченным в плен. Его
кипучая, полная энергии молодость позволила ему, находясь в
процессии, протиснуться к шествовавшим в первых рядах
шейхам курайшитов, таким, как Абу Суфйан Ибн Харб и Сафван
Ибн Умайа. Это позволило Саиду увидеть самого пленника
курайшитов, закованного в кандалы, толкаемого руками
женщин, детей и молодежи к месту казни, чтобы тем самым
отомстить Мухаммаду, да благословит его Аллах и
приветствует, и убийством Хубайба отплатить за убитых в
битве при Бадре курайшитов. Когда плотная толпа людей с
пленником подошла к месту, подготовленному для казни,
юноша Саид Ибн Амир аль-Джумахи, благодаря своему
высокому росту увидел Хубайба, подходящего к помосту для
распятия. Сквозь шум и крики женщин и детей Саид услышал
его твердый спокойный голос: “Если можете, то позвольте мне
перед смертью совершить Намаз в два раката...” Саид
наблюдал, как Хубайб встал лицом к Каабе и отмолился два
раката. Как же прекрасна и совершенна была эта молитва!
Затем Саид увидел, как повернувшись в сторону курайшитских
вождей, Хубайб сказал: “Клянусь Аллахом, если бы вы не
подумали, что я затягиваю Намаз из боязни смерти, то я бы
молился дольше...” Саид собственными глазами увидел, как
люди его племени начали терзать Хубайба, буквально отрывая
один за другим куски его тела. При этом они кричали Хубайбу:
“Хотел бы ты видеть на своем месте Мухаммада, а себя
спасенным?” Обливающийся кровью Хубайб отвечал: “Клянусь
Аллахом, не хотел бы я сейчас находиться в семье среди детей
спокойно и в безопасности и дать уколоть Мухаммада хотя бы
одной колючкой вместо меня”. Люди воздевали руки, и ширился
рев толпы: “Убейте его! Убейте его!” Затем Саид Ибн Амир
увидел, как Хубайб поднял взор к небу с помоста для распятия
и произнес: “О Аллах! Сокращай их число и убивай поодиночке,
не оставляя ни одного из них!” После этого Хубайб испустил дух
от несчетных ран на теле от мечей и копий.
* * *
Курайшиты вернулись в Мекку и в водовороте важных событий
забыли о Хубайбе и его гибели. Однако из головы
взрослеющего Саида Ибн Амира ни на мгновение не уходил
образ Хубайба. Когда он спал, то видел его во сне. Наяву он
грезил Хубайбом, и Саиду казалось, что он видит его, спокойно
и уверенно совершающим свой последний Намаз в два раката
перед помостом для распятия. В ушах Саида звучал голос
Хубайба, взывающего к Аллаху против курайшитов. Саид
боялся, что его поразит молния или камень с небес. Хубайб
научил Саида тому, чего он раньше не знал... Он научил его
тому, что истинная жизнь — это вероубеждение человека и
Джихад во имя этого вероубеждения вплоть до самой смерти.
Он научил его также тому, что нерушимая вера способна
творить чудеса и делать невозможное. Хубайб научил его также
тому, что человек, которого столь беззаветно любят его
сторонники, является никем иным, как Пророком, да
благословит его Аллах и приветствует, получающим помощь с
Небес. Вот здесь-то и открыл Аллах грудь Саида Ибн Амира
для Ислама. Встав посреди большой группы людей, Саид
объявил о своей непричастности к преступлениям и грехам
курайшитов. Он провозгласил также отказ от поклонения их
идолам и истуканам и свое принятие религии Аллаха.
* * *
Переселившись в Медину, Саид Ибн Амир не разлучался с
посланником Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует,
участвовал с ним в битве при Хайбаре и в последующих
походах. Когда благородный Пророк, да благословит его Аллах
и приветствует, ушёл к своему Господу, оставаясь довольным
Саидом, последний остался после него разящим мечом в руках
обоих халифов Абу Бакра и Умара, да будет Аллах доволен
ими. Саид был уникальным и выдающимся образцом истинного
верующего, который приобрел Будущую жизнь своей земной
жизнью. Благосклонность Аллаха и Его награду он ставил выше
душевных порывов и телесных потребностей.
* * *
Оба халифа посланника Аллаха, да благословит его Аллах и
приветствует, знали правдивость и праведность Саида Ибн

Амира. Они прислушивались к его советам и высказываниям.
Как только Умар Ибн аль-Хаттаб, да будет доволен им Аллах,
стал халифом, Саид пришел к нему и сказал: “О Умар, советую
тебе бояться Аллаха в отношениях с людьми и не бояться
людей в отношениях с Аллахом. Советую также, чтобы твои
слова не расходились с делами. А ведь лучшие слова те,
которые подкрепляются делами... О Умар! Повернись лицом к
тем дальним и близким мусульманам, чьи дела поручил вести
тебе Аллах. Пожелай им того, чего ты желаешь себе и своим
домочадцам. Всегда и везде не боясь трудностей, стремись к
истине и не бойся пред Аллахом упрека порицающего”. Умар
воскликнул: “Кто же может это, о Саид?!” Он ответил: “Это
может человек, подобный тебе, из тех, кого Аллах уполномочил
вести дела Уммы Мухаммада. И нет никого между этим
человеком и Аллахом”.
* * *
Умар Ибн аль-Хаттаб тут же призвал Саида помогать ему и
сказал: “О Саид! Я назначаю тебя руководить жителями Хомса”.
Саид воскликнул: “О Умар! Заклинаю тебя Аллахом, не сбивай
меня и не соблазняй меня!” Раздосадованный Умар сказал:
“Горе вам! Повесили вы мне на шею это дело (халифат), а
затем отреклись от меня!” Не оставлю тебя”, — сказал Умар и
назначил его правителем Хомса. Затем он спросил: “Не
назначить ли нам тебе паёк?” Саид ответил: “А что мне с ним
делать, о правитель правоверных?! То, что я получаю из
общественной казны, превышает мои потребности”. После этого
он отправился в Хомс. Прошло немного времени, и к правителю
правоверных прибыли из Хомса несколько человек, которым он
доверял. Он попросил их: “Напишите мне, пожалуйста, список
ваших бедняков, чтобы я мог помочь им в их нуждах”. Когда
список принесли Умару, то среди других он обнаружил Саида
ибн Амира. “Это какой же Саид Ибн Амир?!” — спросил Умар.
Люди ответили: “Это наш амир”. Умар переспросил: “Как, ваш
амир — бедняк?!” Люди ответили: “Да. Клянёмся Аллахом, вот
уже много дней в его доме не горит очаг”. Умар так разрыдался,
что от слез его борода стала мокрой. Взяв тысячу динаров, он
положил их в кошель и сказал: “Передавайте ему привет от
меня и скажите: “Правитель правоверных послал тебе эти
деньги, чтобы ты использовал их на свои нужды”.
* * *

С кошелем делегация пришла к Саиду. Заглянув вовнутрь
кошеля и увидев там динары, Саид оттолкнул его от себя со
словами: “Инна биллаhи ва инна илайhи радждиун (“Истинно,
мы принадлежим Аллаху, истинно к Нему и возвращаемся”. —
Слова произносимые при несчастье, бедствии. — Ред.) Это
было сказано таким образом, будто его постигла беда, или в
доме случилось несчастье. Обеспокоенная жена Саида
вскочила с места и спросила его: “Что случилось с тобой,
Саид?! В чем дело? Неужели умер Повелитель правоверных?!”
Саид ответил: “Случилось нечто более серьезное, чем это”.
Жена воскликнула: “Неужели мусульмане потерпели поражение
в бою?!” Саид ответил: “Нет, случилось нечто ещё более
серьезное, чем это”. “Что же это такое? Что может быть хуже
этого?” — спросила жена. “Ко мне подступили мирские
соблазны. В мой дом вселилась смута, совращающая меня”, —
ответил Саид. “Ну, так покончи с этим”, — сказала жена. Она
ещё ничего не знала о динарах. “Ты поможешь мне сделать
это?” — спросил Саид. — “Да”, — ответила жена. Саид
разложил динары по кошелькам и раздал их бедным
мусульманам.
* * *
Вскоре после этого Умар Ибн аль-Хаттаб, да будет доволен им
Аллах, прибыл в аш-Шам, чтобы там лично ознакомиться с
положением населения. Он остановился в Хомсе, который был
широко известен под названием “маленькая Куфа” (Кувайфа).
Дело в том, что жители Хомса так же часто жаловались на
наместников и правителей, как и куфийцы. К Умару пришли
представители жителей Хомса, чтобы поприветствовать его. Он
спросил их: “Ну, как вы находите вашего амира?”. Люди
нажаловались Умару на Саида, упомянув четыре его деяния,
каждое из которых было серьёзнее других. Умар, да будет
доволен им Аллах, рассказывал: “Я собрал у себя Саида и этих
людей, взывая к Аллаху, чтобы Он не изменил моё мнение о
Саиде, так как я очень верил ему. Когда люди вместе со своим
амиром предстали передо мной, я спросил: “В чём же вы
жалуетесь на вашего амира?” Они ответили: “Он не выходит к
нам, пока не наступит разгар дня”. Я спросил: “Что ты скажешь
по этому поводу, Саид?”. Немного помолчав, он ответил:
“Клянусь Аллахом, мне очень не хотелось бы говорить об этом,
но если уж это необходимо, то дело в том, что у моих
домочадцев нет слуги. Поэтому каждое утро я замешиваю тесто
для семьи, а затем жду, пока оно не поднимется. После этого я
пеку для всех лепёшки, совершаю омовение и затем выхожу к
людям”. Умар продолжал: “Я спросил их: “Какие ещё есть
жалобы на него?” Люди отвечали: “Ночью никто не может
добиться от него ответа”. Я спросил: “А об этом что ты скажешь,
Саид?” Он ответил: “И об этом мне не хотелось бы говорить,
клянусь Аллахом. Тем не менее скажу, что день я предназначил
для людей, а ночь посвящаю Всемогущему Аллаху”. Я спросил:
“На что ещё вы жалуетесь?” Они ответили: “Один день в месяц
он вообще не выходит к нам”. Я спросил: “А это почему, Саид?”
Он ответил: “У меня нет слуги, о повелитель правоверных, и
одежда у меня только та, которую я ношу. Раз в месяц я её
стираю и жду, пока она высохнет, а затем в конце дня выхожу к
людям”. Я опять спросил людей: “Ещё какие у вас жалобы на
Саида?” Люди ответили: “Иногда он впадает в бессознательное
состояние и отсутствует на заседаниях совета”. Я спросил: “А
это что такое, Саид?” Он ответил: “Я был свидетелем гибели
Хубайба Ибн Ади, когда был язычником. Я видел, как
курайшиты терзали его со словами: “Хотел бы ты, чтобы на
твоем месте был Мухаммад?” Хубайб отвечал им: “Клянусь
Аллахом, мне не хотелось бы быть в безопасности среди своих
родных вместе со своими детьми в то время, как Мухаммада
укололи бы шипом... Стоит мне только вспомнить этот день, и
как я оставил Хубайба без помощи, как я тут же начинаю
думать, что Аллах не простит мне этого.., а затем впадаю в
бессознательное состояние”. После этого Умар воскликнул:
“Хвала Аллаху, что Он не изменил мое мнение о нём!” Затем
Умар послал Саиду тысячу динаров, чтобы он потратил их на
свои нужды. Когда эти деньги увидела его жена, она сказала
Саиду: “Хвала Аллаху, Который послал нам это и дал
возможность обойтись без твоих услуг. Купи же нам продуктов и
найми слугу”. Саид ответил жене: — А не желаешь ли ты
сделать нечто лучшее, чем это? — А что же именно? —
воскликнула жена. Саид сказал: — Мы отдадим их тому, кто
сделает нам всё это — ведь мы больше всего нуждаемся в
этом. Жена воскликнула: — А это как?! — Этими деньгами мы
дадим хороший кредит Аллаху, — сказал Саид. — Да, —
сказала жена. — Да вознаградит тебя Аллах добром. Не успев
встать с места, где он сидел, Саид разложил деньги по
кошелькам и сказал одному из своих людей: “Отправляйся с
этими деньгами к вдове такого-то, сиротам такого-то,
обездоленным из рода такого-то и нуждающимся из рода
такого-то”.
* * *

Да будет Аллах доволен Саидом Ибн Амиром аль-Джумахи,
который был из тех людей, которые помогают другим, несмотря
на собственную бедность.
__________________
Жизнь - это не те дни, которые прошли, а те, которые запомнились.
Смотрящий вне форума   Ответить с цитированием
Ответ

Опции темы
Опции просмотра

Ваши права в разделе
Вы не можете создавать новые темы
Вы не можете отвечать в темах
Вы не можете прикреплять вложения
Вы не можете редактировать свои сообщения

BB коды Вкл.
Смайлы Вкл.
[IMG] код Вкл.
HTML код Выкл.

Быстрый переход

Похожие темы
Тема Автор Раздел Ответов Последнее сообщение
Женщина в истории человечества Райя История 7 17.03.2012 19:48


Текущее время: 01:05. Часовой пояс GMT +4.

Powered by vBulletin® Version 3.8.11
Copyright ©2000 - 2021, vBulletin Solutions Inc. Перевод: zCarot
 

 

Copyright © 2017