[Ters-Maimal]

1️⃣ Сколько чеченцев было депортировано
В феврале 1944 года в рамках операции «Чечевица» по приказу Иосиф Сталин было депортировано около 400–420 тысяч чеченцев (вместе с ~90 тыс. ингушей — всего около 480–500 тыс. человек).

⚰️ 2️⃣ Прямые потери (смертность)
По разным оценкам историков:
Минимальные оценки (советская статистика 1950-х): ~100 тыс. погибших чеченцев
Более распространённые современные оценки:
120–150 тысяч погибших
Некоторые исследователи называют цифры до 170–200 тысяч, но это верхняя граница.
Основная смертность пришлась на:
1944–1948 годы,
первые 2–3 зимы в Казахстане и Киргизии,
детей и стариков.
Средняя оценка — около 25–30% населения.

3️⃣ Потери «нерождённых» (демографический провал)
Вот здесь начинаются расчёты.
В нормальных условиях чеченское общество имело очень высокую рождаемость.
В ссылке:
рождаемость резко упала (голод, болезни, раздельное проживание),
выросла младенческая смертность,
многие семьи потеряли репродуктивный возрастной баланс.

По демографическим моделям:

За 13 лет ссылки (1944–1957)
чеченцы могли бы иметь дополнительно 150–250 тысяч детей,
если бы не депортация.

4️⃣ Общие демографические потери
Если суммировать:
Тип потерь
Примерная оценка
Прямо погибшие
120–150 тыс.
Нерождённые
150–250 тыс.
Общая демографическая потеря
270–400 тыс.

То есть фактически за 13 лет народ потерял почти ещё одну «вторую республику» по численности.

⚖️ Важно понимать
Это демографические расчёты, а не точные списки имён.
Разные исследователи дают разные цифры.
В 1991 году депортация была признана незаконной и преступной.

Чат GPT

[Сэр с ЧИАССР]

Ters-Maimal, я здесь в теме выставил официальные цифры 44г и 56г. потери за 13 лет 49.75%.

[Сэр с ЧИАССР]

НАСИЛЬСТВЕННОЕ ВЫСЕЛЕНИЕ ЧЕЧЕНЦЕВ В ФЕВРАЛЕ 1944 Г.
(ПО МАТЕРИАЛАМ ДНЕВНИКА ЛЕЙТЕНАНТА НКВД Б.К. ЛУКАНИНА)
© А.Д. ОСМАЕВ М.М. МУРДАЛОВ
, З.Р. ХАМЗАТОВА
https://anchr.ru/wp-content/uploads/...2025-37-45.pdf

[Берзаб1ярг]

Аллах1 Дала иманца собара лойла массарна, Дала г1азот къобал дойла цера.

[Лаьмнаш]

Накануне 23 февраля стоило посмотреть одно видео про наше выселение , как вы знаете , потом начинается поток на эту тему .
Столько душераздирающих историй , что потом не можешь сутками от них отойти ((
Вы тоже видели , как один выжил после многочисленных огнестрельных ранений и плюс штыком в спину и дожил до старости и множество пуль так и не вытащили из тела его , так и жил . Потерял родных , детей , жену , вновь новая семья , и её он потерял . Как я избегаю подобное о нас (

[Сэр с ЧИАССР]

[Сэр с ЧИАССР]

Москва. 9 февраля 1957 г.

Первому секретарю ЦК КПСС

Никите Сергеевичу ХРУЩЕВУ

от военкома Гражданской войны на Северном Кавказе,

писателя КОСТЕРИНА Алексея Евграфовича

Дорогой Никита Сергеевич!

Бывшая Терская область, особенно районы нынешней Чечено-Ингушской республики мне хорошо известны и особенно дороги потому, что здесь я принимал активное участие в первые годы борьбы за Советскую власть. Именно в те годы я узнал и полюбил чеченцев и ингушей, с которыми пришлось делить горечь поражений и гордость побед.

Узнав о выселении чеченцев и ингушей из родных долин и ущелий, я переживал это народное бедствие с большей остротой, чем свое личное несчастье - тюрьму, лагерь, ссылку. А их политическую реабилитацию и воссоздание Чечено-Ингушской Автономной Советской Социалистической Республики воспринял как свой личный праздник и радость по причине возврата к ленинским принципам, к подлинно ленинской национальной политике. В дни 40-летия Октября я счел своей обязанностью поехать во вновь возрождаемую Чечено-Ингушетию. Мои впечатления от поездки настолько противоречивы, что не дают мне возможности рассказать о них в обычном газетном очерке. А рассказать надо!

О том, что испытали чеченцы и ингуши при выселении и в ссылке рассказывать не имеет смысла: в ЦК несомненно имеются более точные и разносторонние материалы. Меня очень поразила мало потускневшая обида, которую до сих пор переживают и ощущают чеченцы и ингуши за те оскорбления и за те физические лишения, которые они перенесли в годы ссылки. И у интеллигентов, и у простых людей, у беспартийных, молодых и у пожилых свято и крепко хранятся в памяти годы борьбы с российской контрреволюцией. В те годы Чечено-Ингушетия потеряла десятки аулов, на кладбищах выросли целые рощи шестов с флажками, знаком смерти в бою с белогвардейцами. Так, например, аул Алхан-юрт только за два дня боя в апреле 1919 года потерял до 500 человек убитыми, а весь аул был разрушен и сожжен. Память о славном прошлом в те годы, когда Чечня и Ингушетия с помощью русских товарищей, под знаменем нашей партии порывала со средневековым панисламизмом и начинала развивать национальную культуру социалистическую по содержанию - эти годы навеки вошли в душу народа. И они неискоренимы. А годы тяжелого изгнания еще более повысили значимость прошлого. Возвращение горцев на Родину было актом мудрости ленинской партии и величайшей гуманностью. Как же шло и идет возвраще-ние изгнанников, реабилитация оскорбленных народов? Надо было подго-товить русское население к предстоящему возвращению чеченцев и ингушей в свои родные селения. Эту подготовку под непосредственным руководством секретаря Грозненского обкома КПСС тов. Яковлева начали с передвижения воинских частей в те районы, куда приезжали изгнанники. А вообще Яковлев заявляет, что возвращение чеченцев и ингушей – большая ошибка. При такой принципиальной позиции обкома, русское население не только не подготов-лено к встрече изгнанников, но среди них широко разлилось и укрепилось обывательское мнение и убеждение, что вообще все чеченцы и ингуши - бандиты, воры, пособники Гитлера и прочее и прочее. Никакого противо-действия этой провокационной болтовне ни партийные, ни советские организации не давали и не дают.

Не было проведено и организационных мероприятий по встрече изгнанников. Ехали десятки тысяч семей - мужчин и женщин, стариков и детей и никакой встречи организовано не было. Их встречали только усиленные воинские части и усиленные милицейские мероприятия. А в результате народ нес новые жертвы - повысилась смертность, особенно детская.

С чечено-ингушской массой, разбросанной по Казахстану и Киргизии, так же на было проведено разъяснительной работы. Обком, руководимый Яковлевым, выполняет решение XX съезда партии и ЦК КПСС таким образом, чтобы создать базу для дальнейшего межнационального конфликта. Так, ряд ингушских селений - Базоркино, Ангушт и др. – остались в границах Осетии. Зная о давней ингушско-осетинской вражде, почти погасшей в 20-е годы, - это значит провоцировать новый взрыв старой межнациональной розни. Чеченцев пытаются расселить на территории Ингушетии - это значит посеять рознь там, где ее не было во времена царизма. Чеченцев также пытаются подселить к казакам Сунженской и Терской линии - то есть опять-таки разжигается полузабытая вражда казаков и чеченцев, то же самое происходит на границах с Дагестаном.

Там ряд селений заняты аварцами. К моменту прибытия чеченцев аварцы не были выселены. Чеченцы поселились семьями около своих домов на снегу, а затем за собственные деньги покупали у аварцев свои же дома. Все велось и ведется так, чтобы вызвать эксцессы со стороны изгнанников и против партийно-советских мероприятий и против тех, кто заселил их селения, - осетин, грузин, аварцев, русских. И эти эксцессы были и есть, к сожалению, и будут, если не изменится практика обкома партии по отношению к изгнанникам, если руководящие работники полностью не поймут подлинно ленинской национальной политики.

Организация Чечено-Игушской республики удачно совпала с подготовкой к празднованию 40-летия Октябрьской революции. Восстановив историческую правду первых лет революции в бывшей Терской области, роль чеченцев и ингушей в становлении Советской власти, обком партии нашел бы превосходный материал для цементирования дружбы между русскими, чеченцами, ингушами и другими народами региона. Именно в силу дружбы между ними в первые годы революции была разгромлена и русская и панисламистская контрреволюция с ее представителями... Однако в подготовке к 40-летию обком партии шел по обычной гладко утоптанной бюрократической тропе: с оглядкой как бы чего не вышло, на верхи - о чем или о ком разрешено говорить, о чем или о ком нельзя. Я - активный участник революционной борьбы на Кавказе - еще в феврале текущего года послал в обком повесть о первых годах революции в районе Грозного и, главное, просил указать, в каком виде требуется мое участие в подготовке к 40-летию. Обком молчал три месяца. Я вежливо напомнил о своем предложении. И еще два месяца молчали. Тогда я попросил ЦК партии напомнить обкому о необходимости соблюдать хотя бы простую вежливость. Только после этого обком сообщил, что повесть включена в план 1958 года, а о моем участии в подготовке к 40-летию Октября по-прежнему ни слова.

И в то же время все грозненские организации широко пользовались услугами наглых спекулянтов этой святой темой. В результате усилий этих, с позволе-ния сказать "ветеранов революции" (Кучину в 1918 году было 12 лет, Михайлик - эсер, Привалов - рядовой самообороны...) в Грозном создана пьеса "Это было в Грозном" и в дни 40-летия поставлена в Грозненском драмтеатре. И содержание пьесы и ее постановка - свидетельство позорного отношения обкома партии к истории революционной борьбы в Грозном и прилегающих к нему районах, непонимание сложности борьбы в условиях бывшей Терской области, незнание и непонимание той партийной работы, которая велась здесь под руководством Кирова, Орджоникидзе, Анисимова, Гикало, Асланбека Шарипова и многих других, сложивших свои головы за дело социализма. Это незнание, нежелание понять прошлое, бюрократиче-ское отношение к решениям XX съезда партии привело к тому, что ряд действий обкома партии оскорбил национальные чувства и достоинство чеченцев и ингушей. Так, все горцы знают, что их выселение с Кавказа последовало по распоряжению Сталина и проведено Берией.

Хорошо помнят чеченцы и высказывания старого "покровителя" Кавказа времен царской России генерала Ермолова. Он сказал: "Я добьюсь того, чтобы на Кавказе не осталось ни одного чеченца!" И пытался это сделать. Сотни тысяч чеченцев и сейчас живут в Турции и Сирии. Уважая чувства глубоко оскорбленного народа, надо бы его имя и некоторые другие убрать с улиц и площадей города хотя бы просто в музей. Нет, сброшенный в 1918 году памятник Ермолову был опять восстановлен, а в дни 40-летия улицу "Красных Фронтовиков" переименовали в улицу Сталина, был уничтожен памятник Асланбеку Шарипову, стала безымянной площадь имени Гикало, исчез памятник партизанского отряда. Я спросил у секретаря Назрановского райкома партии, известно ли ему, когда возникла ингушская организация коммунистической партии и кто был ее основателем. Он этого не знает. Не знают и в обкоме партии и не стремятся узнать, вовсе не интересуясь историей нашей борьбы. Но нельзя вырвать из памяти народа страницы его славного прошлого как нельзя вырвать имена героев народа - народ слагает о них песни и легенды. Чечено-ингушский народ и те русские, которые с ними вместе боролись за справедливую жизнь, помнят свое прошлое и очень его ценят. Я спросил секретаря обкома Фоменко, ведающего отделом пропаганды, известна ли ему могила Асланбека Шарипова и в каком она состоянии. Он посоветовал мне обратиться в ... музей краеведения. Я поехал в горы, и там простые горцы провели меня на могилу первого чеченца-коммуниста, погибшего еще в 1919 году за Советскую власть. Могила заросла бурьяном... Группа чечено-ингушских работников, глубоко заинтересованная в восстановлении исторической правды, выдвинула ряд предложений для увековечивания исторических имен, дат и мест. Обком партии обычным канцелярским путем передал их на рассмотрение оргкомитета ЧИАССР, а оргкомитет в свою очередь положил их в долгий ящик и в дни 40-летия не установил ни одной мемориальной доски под предлогом, что эти вопросы надо согласовывать "с центром"... Боязливость, оглядка на "центр", работа по шаблону, по штампам характерна для обкома и оргкомитета, характерна, потому что, когда простые люди Чечни и Ингушетии узнали о приезде в Грозный бывшего помощника товарища Гикало, первого военкома Чечни, то стремились повидаться с ним, хотя бы просто пожать ему руку. А председатель оргкомитета тов. Гаирбеков не пожелал даже принять меня для беседы по ряду вопросов, связанных с национальным досто-инством чеченцев и ингушей, материальным устройством возвращенных и пр. Так мне хотелось бы его спросить:

1. Что делает оргкомитет для ликвидации такого дикого положения. Приезжий покупает за собственные деньги свою же саклю у того, кто поселился в ней на все готовое бесплатно.

2. Почему исконно ингушские селения Базоркино и другие остались в Осетии?

3. Почему казаков Сунженских станиц, переселившихся вглубь Чечни, оставляют на месте, а возвратившихся чеченцев заставляют селиться в их станицах? Это что, особый вид национальной политики и метод быстрейшей ассимиляции чеченцев?

4. Почему оргкомитет не мог взять на себя такую "великую ответственность", как, например, в дни 40-летия на месте бывшей слободы Воздвиженской, исторической во многих отношениях, поставить обелиск с мемориальной доской?

И еще много раз почему, но Гаирбеков не пожелал выслушать эти вопросы, возможно, потому, что на них трудно ответить без краски стыда за свою роль в реабилитации собственного народа, нормальное устройство возвращенцев. Я же должен отметить, что возвращающиеся чеченцы и ингуши у всякого непредубежденного человека вызывают чувство глубокого уважения к ним. Их любовь к родным местам - землям, долинам и ущельям - может служить прекрасным образцом любви к своей родине, к истории своего народа, к своим памятникам и могилам. Многие возращающиеся везут кости умерших в изгнании родственников, чтобы похоронить их в родной земле. По приезде мужчины и женщины становятся на колени и целуют родную землю, вознося молитвы за тех, кто разрешил им вернуться к могилам предков. Первое дело, за которое принимались возвращенцы, -

это приведение в порядок могил дедов и отцов. А бывший председатель ревкома селения Алхан-юрт Абдулла Денилханов первым делом взял под охрану поставленный в ауле и уже полуразвалившийся памятник погибшим в 1919 году... Так как большая часть домов была разрушена, то чеченцы и ингуши принялись за новое строительство. Количество новых домов и качество постройки, учитывая, что со дня приезда семей прошло всего полгода, вызывает восхищение. В культурном росте за время высылки Чечено-Ингушетия, конечно, отстала, но уже и то, что сохранилось, и те новые стремления, которые уже выявляются среди старшего и младшего поколений, дают основания считать: чеченский и ингушский народы - вольнолюбивые и смелые, трудолюбивые и одаренные – при умном и чутком руководстве быстро залечат свои раны и внесут драгоценный вклад в культурный фонд народов страны Советов.

1957

[Сэр с ЧИАССР]

Иван МИНТЯК

ВОЗВРАЩЕНИЕ ОГНЯ

Отрывок из поэмы

* * *

Я жил тогда в деревне под Кизляром.

Мне восемь лет -

И в детство мое, в тыл,

Оседланный Лаврентьевским эскаром,

В деревню "черный ворон" прикатил.

Остановился возле сельсовета,

Сам председатель отдал ему честь.

Сказал солдат Лаврентия: - Ты, это,

Народ организуй мне. Дело есть...

Народ собрался -

Детвора,

Старухи

И прочие - кто мог приковылять.

Тут - дед Макар:

- Товарищ! Ходят слухи,

Что будут нас отседа выселять?

- Не выселять - всем ехать предлагают
В Бамут,

В Закан...

- А где это?

- В Чечне,

Оттуда в Казахстан все убегают,

А горы позарез нужны стране.

Я вам скажу: в горах не жизнь -

Малина,

Она, уверен, будет вам мила.

В горах есть все:

И масло,

И овчина,

Для детворы - орех и мушмула.

Есть и кизил,

Халва и кукуруза,

А для охоты - всякой дичи тьма.

Чечня - обетованный край Союза...

- И все, что перечислил, задарма?

Взглянул солдат Лаврентия на деда,

Дед сдвинул вместе ноги-калачи:

- А никуда не двинусь я отседа.

Мне здесь неплохо, на родной печи!

Хотя, конешно, голодно и стужно, дак ведь зима...

- А ты полегче, дед!

Иначе будешь говорить, где нужно.

Там разберутся - там не сельсовет...

Поедешь!

* * *

Непросто жить,

судьбой припертым,

Не видя звезд родной земли...

Альви с войны в сорок четвертом

В аил казахский привезли –

И там, как нечто на уроке,

Узнал он, что его дада

Расстрелян был еще в дороге,

А нану съели холода...

А до Москвы не докричаться,

Поскольку слушающих нет...

Скрипя зубами отмечаться

Он будет все тринадцать лет

В комендатуре поселковой –

Свет опрокинулся вверх дном...

Что я, в тюрьме средневековой?

Я же в Отечестве родном...

Иди! Иди! Чего уперся?

Болтать с тобою недосуг...

Но - пел ашуг про Лиду Лорса –

И люди плакали вокруг...

Грозный, 1988