[Сэр с ЧИАССР]

Протокол допроса А. А. Власова. 25 мая 1945 г.
..Там же, в Смоленске, по инициативе городского самоуправления мне была
устроена встреча с представителями местной интеллигенции. Я выступил с сообщением
о создании Русского комитета и переговорах, которые ведутся с немецким командованием о формировании русских вооруженных сил для борьбы
против Советской власти.В том же 1943 году я посетил Псков,1 где осмотрел батальон добровольческих
войск и был на приеме у командующего германскими войсками, действовавшими
под Ленинградом, *генерал-фельдмаршала БУША, который попросил
меня рассказать на собрании германских офицеров о целях и задачах Русского
комитета.*11
Выступая на этом собрании, я заявил, что Русский комитет ведет активную
борьбу против Советской власти и что немцы без помощи русских уничтожить
большевиков не смогут.
Возвращаясь в Берлин, я остановился в Риге и выступил с антисоветским
докладом перед русской интеллигенцией города, а *также вел беседу с проживавшим
в Риге митрополитом СЕРГИЕМ.*111 IV

ВОПРОС: Чем была вызвана необходимость этой встречи и о чем вы беседовали
с СЕРГИЕМ?

*ОТВЕТ: Встреча с митрополитом СЕРГИЕМ мне была организована немецким
офицером, который ведал пропагандой в Риге, с целью установления
контакта с Русской православной церковью '11 и использования духовенства для
совместной борьбы с Советской властью.*|у

СЕРГИЙ, согласившись со мной о необходимости усилить борьбу против
Советской власти, сказал, что он намерен создать Святейший синод в областях,
оккупированных немцами. При этом СЕРГИЙ говорил, что только священники,
выехавшие из Советского Союза, знают положение населения и смогут найти
с ним общий язык, в то время как эмигрантские священники оторвались от
советской действительности и авторитетом среди населения не пользуются.
..*ВОПРОС: Какие воинские части для борьбы с Красной армией вам удалось
сформировать из числа советских военнопленных?

ОТВЕТ: До ноября 1944 г. формированием воинских частей из советских военнопленных,
как я уже показывал, занимался созданный немцами штаб добровольческих
войск, возглавляемый немецким генералом КЕСТРИНГОМ.

Мне было известно, что эти подразделения формировались численностью
только до батальона и во главе их, в большинстве, **находился командный состав
из немцев**111 IV. Командирами этих подразделений из числа советских военнопленных
назначались лица,*1'' антисоветски настроенные и тщательно проверенные
в штабе добровольческих войск. Отбором их ведали быв. командиры
Красной армии майор CAXAPOBv и подполковник ТАРАСОВ'1.

Кроме того, через национальные комитеты, созданные РОЗЕНБЕРГОМ,
были сформированы Национальные легионы*'11 из числа армян, татар, грузин,
узбеков и других национальностей'"'. Из украинцев-западников была сформирована
*галицийская дивизия™, из калмыков'" - бригада*'1".

Существовало также значительное число казачьих частей. Для их формирования
были привлечены генералы белой армии КРАСНОВ, НАУМЕНКО,
ШКУРО.

Эти части назывались: русские - РОА (Русская освободительная армия),
украинские - УОВ (Украинское освободительное войско у4, казачьи - ДВ
(Донское войско), ТВ (Терское войско) и т. д.™

Численность всех этих отрядов я не знаю, но, как говорил мне генерал
КЕСТРИНГ, в них якобы насчитывалось *около одного миллиона человек*|Х.

Указанные части использовались немцами в боях против Красной армии,
англичан и американцев, а также несли охранную службу во Франции, Бельгии,
Голландии, Италии и других странах...

https://docs.historyrussia.org/ru/no...page/24/zoom/4

[Сэр с ЧИАССР]

История убийства Иосифа Черноглаза

Заняв пост Первого секретаря областного комитета ВКП Ингушской Автономной Области, Иосиф Черноглаз начал проводить политическую деятельность, не принимающую во внимание местные реалии и пренебрежительно относился к истории, традициям и религии ингушей. Он начал борьбу с мусульманским духовенством. Наибольшую опасность для советской власти Иосиф Черноглаз видел в деятельности мусульманской общины Кунта-Хаджи — хаджи-мюридов. По его мнению, учение Кунта-Хаджи и вообще суфизм в целом препятствовал приобщению ингушей к советскому обществу. Иосиф Черноглаз полагал, что суфистские общины в Ингушетии имели контрреволюционный характер, поскольку представители хаджи — мюридов наотрез отказывались сотрудничать с представителями сталинского режима, в отличие от менее опасных накшбандийцев. Во Владикавказе, который был административным центром Ингушской автономной области, Иосиф Черноглаз объявил об учреждении «Областного союза безбожников Ингушетии». Пост почётного председателя этой организации Иосиф Черноглаз принял на себя и в областной газете «Сердало» на ингушском языке опубликовал директивы, призывающие развернуть широкую кампанию о привлечении ингушей в «Союз безбожников». Иосиф Черноглаз объявил обряд громкого зикра вне закона под страхом репрессий и запретил деятельность общины Кунта-хаджи. Он призвал своих районных помощникам «перейти в борьбе с кунта-хаджинцами от болтовни к делу». Первым на этот призыв отозвался начальник Назрановского районного ГПУ Иванов. По указанию Иосифа Черноглаза летом 1929 года Иванов приехал в селение Экажево и закрыв центральную мечеть, приказал её использовать в качестве амбара для зерна и запретил сельскому мулле проводить богослужения. Для легитимизации своих действий среди народа Черноглаз использовал нескольких подкупленных стариков, которые его повсюду сопровождали и оправдывали его действия, говоря, что молиться дома не запрещается указом Черноглаза, а в мечеть можно и не ходить, главное слушаться того, что он сказал. Вскоре под Экажевом Иванов был убит хаджи-мюридом Ужаховым из общины Кунта-Хаджи. За это убийство было расстреляно пять человек — в том числе Ужахов и мулла-имам села Экажево, до трёх десятков ингушей были сосланы в Сибирь как «участники контрреволюционной кулацкой банды»

Иосиф Черноглаз ужесточил репрессии, им был разработан план по борьбе с религией. Он предлагал ввести в Ингушетии широкую кампанию по разведению свиней и строительству свинарников. Свои планы он оглашал в речовках на собраниях в ингушских селах, по которым он, несмотря на свою низкую популярность, активно разъезжал. 3 февраля 1930 года после агитационных выступлений в предгорных селах Галашки и Даттых, машина Иосифа Черноглаза попала в засаду под Галашками. Иосиф Черноглаз был обезглавлен представителем общины Кунта-Хаджи Хамхоевым. Голова Черноглаза так и не была найдена, и его похоронили без неё. На суде убийца по рассказам стариков отказался отвечать на вопрос куда делась голова Черноглаза, заявив что у него не было головы. На вопрос как не было? Убийца ответил: «Если бы у Черноглаза была бы голова, он не приехал бы к ингушам и не творил бы такие дурные вещи».

[Сэр с ЧИАССР]

"Острый казачий клин, ловко вбитый в самое сердце Ингушетии, отдал лучшие посевные и пастбищные места их казакам. Декретом Советской власти в августе 1920 года исконные ингушские аулы долины Ангушт вновь заселили своими законными хозяевами - ингушами".

"Ингушетия. Очерки".
Издательство "Федерация" 1931. с.123

[Сэр с ЧИАССР]

О казацком населении в Ингушетии перед революцией 1917 года.

Из воспоминаний Половцева П.А о предреволюционных брожениях в России.


"Дни затмения. Записки Главнокомандующего Войсками Петроградского Военного округа", главы "Четыре месяца на Кавказе":

"Вообще, национальные тенденции в разных углах принимают все более и более агрессивный характер. Особенно плохо дело между терскими казаками и ингушами, главным образом из-за земель, отобранных у ингушей в пользу казаков при покорении Кавказа. Картина борьбы между ними получается такая: обыкновенно в воскресенье казаки, подвыпив, совместно с артиллеристами русских частей, расквартированных в их станицах, выкатывают пушку и начинают угощать шрапнелью ингушские аулы, а затем мирно заваливаются спать. В понедельник ингуши производят мобилизацию и переходят в энергичную контратаку на казаков, вторник идет война, а в среду заключается перемирие, и прикатывают во Владикавказ депутации обеих сторон, каждая к своему правительству, с горькими жалобами на противную сторону.
В четверг происходят дипломатические переговоры, в пятницу заключают мир, в субботу депутаты разъезжаются после торжественных клятв в вечной дружбе, а в воскресенье вся история начинается сначала. Иногда, конечно, бывают более продолжительные периоды мира, исчисляющиеся, однако, все-таки днями, но в общем совместная жизнь казаков и ингушей протекает по аналогичной схеме, а мое положение как главнокомандующего-вооруженными силами обеих воюющих сторон довольно оригинально и, пожалуй, в истории невиданное».

[Сэр с ЧИАССР]

Убийство Султана Кодзоева

Предлагаемый рассказ об убийстве председателя Пригородного райисполкома Султана Кодзоева лишь один эпизод из записок Абдул-Гамида Тангиева. Абдул-Гамид Тангиев в то время был одним из руководителей Чечено-Ингушетии.

«Самое опасное в развернувшейся с весны 1943 года кампании по дискредитации чеченцев и ингушей было в том, что инициаторы этой кампании на государственном уровне принуждали нас самих наговаривать на себя. На совещаниях и собраниях с участием руководителей всех уровней только и говорилось о необходимости усиливать борьбу с бандитизмом. Цифры, звучавшие на этих совещаниях, отправлялись в Москву. Москва дезинформировалась также о якобы имевших место стычках с бандитами. .
Помню одно из таких совещаний. Дело было осенью 1943 года. В Грозном проходил актив с участием практически всех руководителей Чечено-Ингушетии. Присутствовали председатели райисполкомов, секретари райкомов партии, начальники районных отделов НКВД, комиссары по мобилизации и аппарат управления республики, были представители Лаврентия Берия. На совещании присутствовал Малаев, но вел его кто-то другой. Совещались допоздна. По тому как организованно шло совещание, нетрудно было догадаться, что оно было хорошо подготовлено. Всем выступавшим было определено, о чем надо говорить. Как правило, все они наговаривали на свой народ. Смысл наговора сводился к одному: бандитов поддерживает большая часть населения, значит, надо принимать действенные меры. А какие меры, нетрудно было себе представить.
Понял к чему клонят организаторы совещания и председатель Пригородного райисполкома Султан Кодзоев. Это был тучный человек в заломленной по-удальски папахе. Постоянно носил маузер на ремне. Он был красным от возмущения, все порывался высказаться по обсуждавшейся теме.
Ведущему совещание, видимо, Султан надоел. Прервав выступающего, ведущий пальцем пригрозил Султану:
— Сядьте и помолчите, — угрожающе предупредил он Султана.
Кодзоев взорвался как бомба. Он вскочил и резким движением руки сдвинул маузер с бока наперед.
— Ты, опусти палец, — дерзко сказал Султан, — или я оставлю в тебе десять дыр.
— А ты, - с меньшей дерзостью обратился он затем к Малаеву, - почему молчишь? Разве не видишь, что здесь готовится что-то грязное против нашего народа? Разве непонятно, что нас хотят использовать как оружие для истребления нашего народа? Разве мы не мужчины? Разве суждено нам жить и умереть дважды? Чего мы боимся? Я хочу вам, вайнахи, кое-что сказать...
Султан двинулся к трибуне. Но тут в зале, как по чьей-то команде, погас свет. Ведущий, не мешкаясь, объявил в темноту, что совещание продолжит свою работу завтра.
В ту же ночь Султан Кодзоев двумя выстрелами в упор был убит в постели гостиничного номера. О случившемся позже рассказал его шофер. Он привез Султана в гостиницу, проводил его в номер. При нем же Султан прилег на постель.
- Мальчик, - сказал Султан шоферу, — какая подлость затевается против нас... На сегодня ты свободен. Утром подъедешь. Завтра я выскажусь. Обязательно выскажусь.
Когда шофер спускался со второго этажа, ему встретился молодой человек кавказского облика в шинели и офицерской фуражке. Но без погон. Уже на улице, возле машины, шофер услышал два глухих выстрела из гостиничного номера. Шофер, словно предчувствуя беду, бросился наверх. По ступенькам торопливо спускался тот самый молодой человек в шинели и в офицерской фуражке. Он был взволнован.
— Что там случилось? - с тревогой спросил шофер Кодзоева.
— Кто-то стреляет. Иду за милицией, — ответил человек в шинели.
Водитель бросился в номер Султана Кодзоева. И увидел ужасную картину. Председатель райисполкома, расстрелянный в упор двумя выстрелами, лежал мертвый в постели. Шофер понял, чьих рук это дело. Он бросился на улицу и, догнав человека в шинели, схватил его за руку.
— Этот человек только что убил председателя Пригородного райисполкома, — громко звал он на помощь.
Милиция долго не заставила себя ждать. Она обыскала военного и изъяла у него еще пахнущий порохом револьвер. Но никакого наказания, как потом он понял, убийца не понес.
Спустя много лет, после возвращения ингушей на Родину шофер несколько раз видел в Орджоникидзе убийцу Султана Кодзоева. Водитель обратился в органы. Его вызвали в КГБ и недвусмысленно предупредили, чтобы он замолчал.
Тут уместно будет вставить отрывок из романа Иссы Кодзоева "Обвал", где он называет даже имя убийцы.
"Целый день бегал (Султан) по разным военным делам, устал сильно, лег отдохнуть в гостинице на втором этаже. В его номер зашел офицер НКВД майор Николай Дзанаев. Он дважды выстрелил в грудь спящего человека. Султан умер на второй день. Дзанаева милиция арестовала и посадила. Мне рассказывали, что жена Султана пошла к нему в тюрьму и спросила: «Если у тебя осталось хоть немного чести кавказского мужчины, отвечай мне: за что ты убил моего мужа? Что он тебе лично сделал? Или что сделал твоим близким?» На это Дзанаев ответил: «Я выполнял задание высокого начальства». Больше он ничего не сказал. Дзанаева Николая через неделю отпустили. Султан был умным человеком и очень любил свой народ, за это и погиб. Аллах воздаст ему на том свете! Э-э, Лешка, наши старики этот мир называли Харц-Дуне, значит мир, в котором царит Неправда! Как они оказывается правы были!
Вот так покрытым тайной и осталось это загадочное убийство. Но я и многие другие участники того самого совещания знали истинную причину смерти этого смелого человека, настоящего патриота своего народа»

[Сэр с ЧИАССР]

-.....Опустошенный, ожесточенный человек, отгородившийся стеной от старых коллег, от друзей, от близких, от всего мира, вместе со своими сообщниками превративший страну в тюрьму, где казнилось все живое и мыслящее; человек, вызывавший страх и ненависть у миллионов людей – это мой отец..

...Для меня постепенно все более очевидным становился не только деспотизм моего отца и то, что он создал систему кровавого террора, погубившую миллионы невинных жертв. Мне становилось также ясно, что вся система, сделавшая это возможным, была глубоко порочной, и что никто из соучастников не может избежать ответственности, сколько бы ни старался. И рухнула сверху донизу вся постройка, основанная на лжи...
---------
Светлана АЛЛИЛУЕВА
ТОЛЬКО ОДИН ГОД
https://litlife.club/books/101562/read?page=29

[Сэр с ЧИАССР]

Тотальные депортации «возмездия» народов
Северного Кавказа и Крыма в 1943–1944 гг
стр.116
https://www.demoscope.ru/weekly/knig...n/polian_3.pdf
Полян П. Принудительные миграции в годы Второй мировой войны и после ее окончания (1939–1953)

[Сэр с ЧИАССР]

В мае 1944 г. ок. 11 тыс. запасников — чеченцев, ингушей и карачаевцев — поступило в распоряжение УНКВД Ярославской и Ивановской обл. (Бугай, 1995,с. 109–111).
Всего на спецпоселение из армии было принято ок. 157 тыс. чел. — представителей
«наказанных народов», в том числе 5943 офицера, 20 209 сержантов и 130 691 рядовой (Бугай,1995, с. 41).

[Сэр с ЧИАССР]

В марте 1944 года были депортированы более 37 тысяч жителей Кабардино-Балкарской АССР. На сборы давались считанные минуты, вещи и продукты взять не разрешили.

Из воспоминаний местной жительницы:
Зоя Му****ева «Когда я перешла в пятый класс, повзрослела, это был 1953 год. Мы были детьми, когда умер Сталин. В школе нам сказали, что нельзя ни бегать, ни смеяться. Одна моя подруга передала учителям, что я сказала: «Хорошо, что Сталин умер! Теперь мы уедем на родину». Она еще сказала, что я смеялась и прыгала от радости. Это было 5 марта, а 13 марта в школу пришел какой-то военный, меня вызвали к директору. Я пошла, на мне был пионерский галстук. Он мне сказал: «Сними галстук, и поехали к вам домой». Фамилия этого военного была Краснов. У нас дома он сделал обыск, а мы жили тогда бедно, что у нас в доме найти можно было? У нас ничего не было, кроме наших старых тетрадей и книг. Меня посадили в машину, все наши соседи это видели, все плакали, никто ничего не знал. Но все знали о том, что я так сказала. Но я-то знала, что этого не говорила. <…>

Меня судил военный трибунал. Я слышала мамин голос, но ее ко мне не пускали, я очень плакала, ее ко мне пустили. Маму мою пустили на суд, меня стали судить. Меня приговорили к 6 годам лишения свободы и 5 годам высылки. Я, маленькая девочка, не хотела сама одна оставаться, привязала маму к себе ее черным платком и сказала, что без мамы я сидеть не буду. В зале плакали. <…> Потом меня оттуда увезли, сначала на машине, а потом на поезде. Я и сама не знала, куда меня везут. Мама моя тоже не знала, куда меня увезли, у нее вообще никаких прав не было — спецпереселенка. По пересылкам, по тюрьмам ехала я так, наверное, месяца два. Нас везли по русским городам, и с поезда на поезд нас вели под конвоем. И все женщины причитали, увидев меня: «Такая маленькая девочка, да куда ж тебя везут?!».

У меня на шее висела железка, на которой была указана статья, по которой меня посадили: 58б. Просили, чтобы меня им отдали. После Оши у нас была пересадка в Красноярске, это тоже Сибирь, там мы были долго. Потом, наконец, мы приехали в Иркутск. В Иркутске в то время была девичья трудовая колония, где были дети до 16 лет. Я там сидела год и три месяца. Я там была самая младшая. Нас заставляли работать, я там слюду щипала, работала 4 часа. У нас в колонии было 800 девочек. Представьте себе, вырубленная тайга и большая зона, где жили и сотрудники, и преподаватели. Там, в этой зоне, я пошла в пятый класс. Там были разные девочки: кто за кражу сидел, кто, как и я, по 58-й — Сталину в газете глаза выкололи т. д.»
https://diletant.media/articles/39786219/

[Сэр с ЧИАССР]

12 ноября 1940 года в Берлине состоялись переговоры Гитлера и Наркома иностранных дел СССР Вячеслава Молотова.
Гитлер предложил Молотову присоединиться к Тройственному пакту и заключить союз на основе раздела сфер влияния на Евразийском континенте. При этом фашистская Германия толкала СССР на Юг, в сторону Ирана, Индии и Афганистана до Аравийского моря и Персидского залива, а также обещала СССР Черноморские проливы и изменение статута Черного моря.
13 ноября Риббентроп вручил Молотову пакет проектов договоров четырех держав, в котором предусматривалось присоединение СССР к Тройственному пакту, чтобы втянуть его в борьбу с Великобританией, пообещав ему Британские владения в Азии. Одновременно преследовалась цель устранить СССР из Восточной Европы, где Гитлер смог бы установить свое единоличное преобладание. Советская делегация не приняла предложений Гитлера, хотя 25 ноября направила Гитлеру свои условия: строительство военно-морской базы в районе Черноморских проливов, смещение центра территориальных устремлений СССР на Юг в направлении Турции и Ирана, отказавшись от наступления на Индию....
...Вокруг Турции в 1940 г. шла сложная дипломатическая игра, в которой участвовали и державы «оси», и Англия, и, разумеется, СССР. Отправляясь в Берлин, Молотов делал серьезную заявку на удовлетворение своих интересов в Турции со стороны Германии: они касались в первую очередь проливов, но не только их. Как явствует из дополнительных указаний Сталина, Молотову давались полномочия на обсуждение вопроса о разделе Турции. Возможно, сыграли роль и донесения советской разведки на этот счет. Нетрудно догадаться, что могла обсуждаться перспектива раздела Турции между Болгарией (восточная часть, советские базы на проливе) и Советским Союзом. Об умонастроениях Сталина того времени достаточно ясно говорят его слова, сказанные Димитрову 25 ноября 1940 г.: «Мы турок выгоним в Азию. Какая это Турция? Там два миллиона грузин, полтора миллиона армян, один миллион курдов и т. д. Турок только 6-7 миллионов».

Другое дело, что Сталин ошибался в подобных расчетах. Во-первых, против советских баз в Дарданеллах категорически протестовала Италия. Во-вторых, сам Гитлер считал необходимым «отвлечь» СССР от проливов в сторону Индии (в беседе с Муссолини 28 октября 1940 г.). Впоследствии Гитлер говорил туркам, что во время бесед с Молотовым он «воспрепятствовал ликвидации Россией Болгарии и Турции». Но это было не единственное заблуждение Сталина перед берлинской поездкой Молотова!..
https://militera.lib.ru/research/bez...kveic561689387
---------------------------------------------
********************************
Опасения советского нападения на Турцию были настолько велики, что президент Турции Инёню предпринял поездку в Эрзерум, чтобы лично проинспектировать строительство оборонительного района вокруг этого стратегически важного города48.
----------
48АВП РФ. Ф. 059. Оп. 1. П. 293. Д. 2028. Л. 349.
известия о переговорах Молотова с германским руководством о включении проливов и восточных районов Турции в советскую сферу влияния в свою очередь ещё больше подорвали доверие турок к политике СССР57.
----------
57Россия и Черноморские проливы. XVIII–XX столетия. М., 1999. С. 451–452

*******************
Территориальные претензии СССР к Турции были предъявлены правительством И. В. Сталина
СССР предполагал присоединить территории в Закавказье, принадлежавшие с 1878 года Российской империи, а в 1921 году переданные Турции, и разделить эти земли между Грузинской ССР и Армянской ССР. Не встретив поддержки остальных великих держав и столкнувшись с эскалацией Холодной войны, в 1953 году СССР заявил об отказе от территориальных претензий.19 марта 1945 года СССР денонсировал советско-турецкий договор от 25 декабря 1925 года[1], после чего начались неформальные консультации и переговоры о заключении нового договора. В мае Турция предложила проект соглашения, при котором в случае войны гарантировался бы свободный проход армии и флота СССР через турецкую территорию; это вызвало соблазн «дожать» Турцию до полного удовлетворения советских требований[2]. Посол Турции в Москве С. Сарпер лично встречался с В. М. Молотовым; на встрече 7 июня нарком иностранных дел заявил о таких желательных условиях заключения нового соглашения, как режим совместного советско-турецкого контроля в Черноморских проливах (с размещением советской военно-морской базы) и «исправление» Московского договора 1921 года, который Молотов назвал несправедливым для «обиженного в территориальном вопросе» СССР. Новая граница СССР и Турции, с советской точки зрения, должна была примерно соответствовать границе Российской и Османской империй по состоянию на 1878 год: к «незаконно отторгнутым» территориям относились бывшая Карсская область, юг Батумской области, а также Сурмалинский уезд бывшей Эриванской губернии.

С точки зрения российского дипломата и историка, министра иностранных дел России в 1998—2004 годах И. С. Иванова, территориальные претензии высказывались прежде всего как средство давления, а основной целью советских властей были Проливы[2].
---------
И. С. Иванов Очерки истории Министерства иностранных дел России. 1802—2002: В 3 т. Т. 2. М., ОЛМА, 2002

Потсдамская конференция
К 22 июня 1945 года Турция отвергла все предложения СССР и приступила к защите своих позиций при помощи Великобритании и США[3]. На шестом заседании Потсдамской конференции 22 июля 1945 года обсуждался вопрос территориальных претензий к Турции.Вторым по важности вопросом Молотов обозначил проблему о Черноморских проливах, добавив: «мы неоднократно заявляли нашим союзникам, что СССР не может считать правильной Конвенцию, заключённую в Монтре».
При этом Молотов оговорился: «если, однако, турецкое правительство считает неприемлемым урегулирование обоих этих вопросов, мы готовы заключить соглашение, касающееся только проливов». Также были предъявлены требования по Проливам: пересмотр конвенции Монтрё и предоставление СССР военно-морской базы в Проливах. На вопрос Черчилля, разве раньше Россия получала укреплённую базу в проливах, Молотов сослался на договоры 1805 и 1833 годов.

Вопрос о территориальных претензиях в Грузинской и Армянской ССР
В этот период участие в планируемом пересмотре границ приняли власти и общественность Грузинской и Армянской ССР. В обращении к Сталину и Молотову от 7 июля 1945 года руководитель Коммунистической партии Армении Г. А. Арутинов упоминал о претензиях Армении на бывшую Карсскую область и на Сурмалинский уезд бывшей Эриванской губернии. С аналогичным обращением к Сталину выступил и новоизбранный католикос всех армян Геворг VI[7]. На основе доклада в представленной Армянской ССР справке отмечалось, что издревле это были армянские земли, но «затем они подпали под турецкое иго». В справке подчеркивается, что разговор идет об армянских землях, которые Турция, пользуясь слабостью России, захватила. НКИД СССР считал, что общая площадь «захваченных» «Турцией земель составляет 26 000 кв. км». Из них 20 500 км² или 80 % нынешней территории Армянской ССР советское руководство обещало передать Армении. (К советско-турецким отношениям. 18.08.1945 г. // АВП РФ, ф.06, оп.7, п.47, д.762, л.13-15).
Грузинская ССР претендовала на присоединение южной части Батумского округа и Артвинский округ бывшей Батумской области, а также на Ардаганский и Ольтинский округа бывшей Карсской области. Первый секретарь ЦК КП(б) Грузии К. Чарквиани обсудил этот вопрос с руководством республики, и научным учреждениям было дано указание подготовить справки историко-этнографического и географического характера, доказывающие абсолютную «принадлежность» южной части Батумского округа, округов Артвин, Ардаган и Олти грузинскому народу. Обсудив этот вопрос с К. Чарквиани, нарком иностранных дел Грузии Г. Кикнадзе сперва обратился с письмом к Л. Берия, а затем в первых числах сентября 1945 года и сам отправился в Москву. Он жаловался Л. Берия, что в справке НКИД СССР Ардаганский и Олтинский округа предполагается включить в состав Армении. Г.Кикнадзе настаивал, чтобы в состав Грузинской ССР вошла территория, равная 12 760 кв. км, а в состав Армянской ССР — 13 190 кв. км. (Г. Кикнадзе — Л. Берии. 04.09.1945 г. // Архив президента Грузии (далее — АПГ), ф. 14, оп. 19, д. 209, л. 51).

*******************
Согласно высказываниям В. М. Молотова и А. Я. Вышинского, сделанным ими в беседе с послом Югославии в СССР Поповичем, путём данных претензий Советский Союз стремился «наказать» Турцию за враждебную политику во время Второй мировой войны, особенно во время успехов Германии. Советский Союз, как заявили они Поповичу, планирует не останавливаться на этих требованиях; они упомянули «о перспективе сбрасывания Турции с Балканского полуострова, а также выхода на Эгейское море. Это будет сделано, сказал Молотов, чтобы обеспечить славянам будущее»[8].
-----------------
Гибианский Л. Я. Донесения югославского посла в Москве об оценках руководством СССР Потсдамской конференции и положение в Восточной Европе (август — ноябрь 1945 г.) // Славяноведение. 1994. № 1. С. 3-13.
-------------------------------------
В декабре 1945 года претензии СССР к Турции, до этого выдвигавшиеся только на закрытых переговорах, были косвенно озвучены в советской прессе[11]. 7 августа 1946 года СССР обратился к Турции с нотой, в которой выдвинул пять требований по Черноморским проливам[12] как ведущим в закрытое море, контроль над которым должен осуществляться исключительно черноморскими державами[2]. Параллельно начались военные приготовления вдоль границ Турции[2]. Нота была отвергнута правительством Турции при полной поддержке западных союзников.

Претензии СССР упоминаются в Фултонской речи Уинстона Черчилля, считающейся началом Холодной войны: «Турция и Персия глубоко обеспокоены и озабочены по поводу претензий, которые к ним предъявляются, и того давления, которому они подвергаются со стороны правительства Москвы…».

Согласно утверждениям американского историка Эдуарда Марка, именно кризис вокруг Турции в августе 1946 года и военные приготовления СССР привели к тому, что американское командование разработало первый серьёзный план ядерной войны против СССР, что, в свою очередь, и привело Кремль к отказу от дальнейшей эскалации конфликта, чреватого развязыванием войны. «Хорошо, что вовремя отступили», — вспоминал впоследствии Молотов[2].
-------------------
11. Говоров Ю. Л. История стран Азии и Африки в новейшее время. Основы лекционного курса. — Кемерово: Кемеровский госуниверситет, 1997
12. М. А. Гаспарян, П. П. Моисеев. СССР и Турция. 1917—1979. М., Наука, 1981, с.
191.
---------------------------
---------------------------
Вскоре после смерти Сталина, 30 мая 1953 года, Министерство иностранных дел СССР в особой ноте отказалось от территориальных претензий к Турции и требований по Проливам. Было объявлено: «правительства Армении и Грузии сочли возможным отказаться от своих территориальных претензий к Турции» и «Советское правительство считает возможным обеспечение безопасности СССР со стороны проливов на условиях, одинаково приемлемых как для СССР, так и для Турции. Таким образом, Советское правительство заявляет, что Советский Союз не имеет никаких территориальных претензий к Турции»[13].
-------------
13. Заявление советского правительства правительству Турции от 30 мая 1953 года

===================
Н. С. Хрущев, выступая на Пленуме ЦК КПСС в июне 1957 года, дал эмоциональную оценку сталинской дипломатии в отношении Турции:

«Разбили немцев. Голова пошла кругом. Турки, товарищи, друзья. Нет, давайте напишем ноту, и сразу Дарданеллы отдадут. Таких дураков нет. Дарданеллы — не Турция, там сидит узел государств. Нет, взяли ноту специальную написали, что мы расторгаем договор о дружбе и плюнули в морду туркам… Это глупо. Однако мы потеряли дружескую Турцию и теперь имеем американские базы на юге, которые держат под обстрелом наш юг… [14]
14. Гасанлы Д. П. СССР — Турция: полигон «холодной войны». Баку: Изд-во «Адилоглы», 2005. 554 с., с. 509